Тимур ласково провожает меня домой после дружеской ночевки за шампанским. Воздух неприкаянный и веселый — как будто весь город переливается на солнце. Под окнами еще трещат фонари, а я чувствую себя как в легендарной истории Атмикане: не могу ни дышать, ни соснуть, голова кружится от алкоголя, и только сильная дрожь помогает удержаться на ногах....
Силюсь осознать произошедшее, но это все настолько чудовищно, что просто не укладывается в моей голове, как я ни стараюсь. Это то, чего в моей жизни просто не может быть.
— Почему Олеся ничего мне не сказала? — я догадываюсь, но просто не хочу… не могу в это поверить.
— Она хотела! Сегодня… Но не успела.
— Нет. Я сейчас не об этом, — спешно уточняю я, видя, что моя собеседница вот-вот снова заплачет, и тогда я вообще вряд ли добьюсь хоть каких-то ответов. А может, оно и к лучшему? Гашу в себе эту нелепую трусливую мысль и все же спрашиваю: — Почему она мне не сказала, когда забеременела?"
"Катерина открывает рот, но, так и не найдясь с ответом, смущенно отводит красные, заплывшие от слез глаза.
Мой сын.
Отступаю на шаг. Закрываю глаза. Мне нужно пару секунд на то, чтобы вернуть себе самообладание.
— Тимур Булатыч…
— Да?
— Здесь все отработали. Пленки есть. Доступ к городским камерам — тоже.
— Да, конечно. Отчитываетесь лично передо мной.
Моим людям требуется два часа, чтобы собрать полную информацию на Олесю и Дамира Авдаловых, и немного больше — чтобы узнать хоть что-то об их похитителях. Я перебираю эти долбаные бумажки снова и снова, и каждый раз возвращаюсь к маленькой черно-белой фотографии, сделанной на загранпаспорт.
Он похож на меня. Мой сын…
Дверь в кабинет открывается. Высокая фигура отца на миг застывает в дверях и плавно, подобно тени, перетекает в комнату.
— Что тут у нас за кипиш? — интересуется он, усаживаясь в кресло напротив
Растираю виски. Я думал о том, как ему это все объяснить, но так ничего и не придумал.
— Одна женщина попросила меня о защите. Но её похитили прежде, чем наши парни успели приступить к работе.
— Что за женщина?
— Ты ее не знаешь, па. Она… не из наших обычных клиентов.
Если отец и удивлен, а он удивлен, я знаю, то никак этого не показывает.
