Тимур ласково провожает меня домой после дружеской ночевки за шампанским. Воздух неприкаянный и веселый — как будто весь город переливается на солнце. Под окнами еще трещат фонари, а я чувствую себя как в легендарной истории Атмикане: не могу ни дышать, ни соснуть, голова кружится от алкоголя, и только сильная дрожь помогает удержаться на ногах....
Это так много?!
Замираю посреди коридора, безвольно опустив руки. Много ли это? Наверное, да. Если, как я, привык рассчитывать лишь на себя. Это так много, что еще чуть-чуть, и я заплачу. От такой, казалось бы, мелочи.
В какой-то момент самолет начинает трясти, и я выныриваю из пучины воспоминаний. Дамир спит, утомленный событиями этого дня, и ему не приходится волноваться, что этот чертов кукурузник рухнет прямо посреди гор, над которыми мы летим. К счастью, все обходится без приключений. Мы начинаем снижаться и на этот раз довольно мягко садимся в самом настоящем аэропорту.
Глава 11
Олеся
Мы прилетаем из зимы в весну. В самое ее начало. В момент, когда она только-только вступила в права и еще не успела укрыть своим пестрым ковром, оголенную землю. Еще некрасиво… Еще не цветут сады и травы, да и в воздухе пахнет отнюдь не весной, а стылой сырой землей. Солнце уже припекает, но ветер такой промозглый, что я невольно ежусь и торопливо натягиваю на голову капюшон.
— Куда мы сейчас?
Алан игнорирует мой вопрос и взмахом руки велит мне отдать ему спящего сына. Отчаянно трясу головой. Его лицо становится жестче.
— Ты поедешь с Мирзой за нами.
— Послушай, я хочу быть с моим сыном…
— Ты либо отдашь мне Дамира по доброй воле, либо я его заберу, и не факт, что твоя истерика его не испугает.
— Он просто ребенок, которому нужна мама! Он совсем малыш… — мои скрюченные пальцы цепляются за голубую куртку спящего сына, но когда Алан забирает того из моих рук, я послушно их разжимаю.
— Садись в машину!
Сажусь. Может быть, у меня начинается стокгольмский синдром, но из всех мужчин, которых я видела рядом с Аланом, Мирза кажется мне наиболее адекватным. И… человечным, что ли?
— В этом же нет никакой необходимости, так? Он просто меня наказывает?
Мирза не подтверждает мои слова. Но и не опровергает их. Просто закрывает за мной дверь и взглядом велит заткнуться. Не повиноваться я не могу.
