Тимур ласково провожает меня домой после дружеской ночевки за шампанским. Воздух неприкаянный и веселый — как будто весь город переливается на солнце. Под окнами еще трещат фонари, а я чувствую себя как в легендарной истории Атмикане: не могу ни дышать, ни соснуть, голова кружится от алкоголя, и только сильная дрожь помогает удержаться на ногах....
Не хочу, чтобы воспоминания о ней просачивались в наш дом вместе со старыми перекочевавшими в него вещами. Поворачиваюсь к двери.
— Постой! Оставь нам хотя бы ключи.
— Они вам не понадобятся.
— Я думала, мы твоя семья, а не пленники!
Голос Олеси дрожит. Черт… До чего же она меня достала! Достаю из кармана связку и бросаю ей. Она неуклюже ловит."
"В магазине игрушек я — гость привычный. Вот уже почти год, с тех пор как у старшего брата родилась дочка, и мне пришлось ступить на эту Терра инкогнито в первый раз. Но если с выбором подарков для девочки я каждый раз испытываю затруднение, то с выбором игрушек для сына таких проблем не возникает.
— Что у нас сгорело?
У нас… Как странно звучит это «у нас»! Я давлюсь им, как рыбной костью.
— Немного подгорели котлеты. Ты голоден? — Она хватает тарелку и начинает выкладывать на нее макароны да изрядно зажаренные кривобокие котлеты.
— Мои мать с невесткой отлично готовят. Можешь взять у них пару уроков, — веду по отросшей щетине рукой, хмуро разглядывая разваренные в кашу макаронины. На секунду мне кажется, что Олеся вот-вот взорвется. Я будто наяву вижу, как внутри нее закручивается стальная пружина. Но потом она обмякает. Кивает, как кукла, головой и возвращается на свой стул.
— Вкусно? — интересуюсь я, ласково касаясь его волос.
— Угу.
— Не помню, чтобы у меня здесь были продукты. — Это уже Олесе.
— Их и не было.
— Извини.
Мне кусок в горло не лезет.
