Что за дурной проклятий? Совсем недавно я весело прогуливалась с подругой в кафе, угощалась кофеем и лакомствами. А тут – внезапный визг, как будто что-то или кто-то издавили меня, и моя мирская жизнь превращается в вымысел: я оказываюсь босой в полном одеянии под солнцем, в лесу. Ночь поздняя, но все еще не по-летнему холодно. Вопросы разносятся над густыми лиственными кронами, наполняясь загадкой и опасностью....
А увидит, что я в нумере питаюсь. Не надо обезопаситься. И я стала вытаскивать кресло на балкон. Потом второе. В последнюю очередь столик вытолкала. Наверх глянула. За тюлью силуэт стоит как приклеенный. Ну что ему неймётся. Дел, что ли нету?
Тук, тук. В дверь поскреблись. Данилушка пришёл. Подносик принёс с горочкой полотенчиком накрытой.
—Тётушка сказала, что за то, что вы меня от Гоблиныча прикрыли, будет вас всегда подкармливать. Вот набрал вам снеди на перекусить. Как для себя. Берите, госпожа, а я побежал. Сейчас туфли вам добуду, а после ужина схемочку принесу.
Ах, ты мой хороший.
—Данилушка, знаешь ещё что попрошу сделать. Притащи ты мне песка белого – я прикинула в голове — мешка два, три. Садик я сделала себе на балконе. И горшков под цветы.
Слуга кивнул и побежал, а я на балкончик пошла. Поднос на столик поставила, полотенчико скинула. И что мне здесь Бог послал?
Ох, ты моя прелесть. И хлеб и мясо нарезанное, и огурчики, и компоту бутылку. Живу. Расположилась с комфортом, продукты потребляю.
—Полюбопытствовать хотел. Вы здесь уже поминать предка на могилке начали?
Рот у меня был забит, и я просто кивнула. Прожевала.
—Традиции у нас такие.
Тот только зубами заскрипел. Видимо, его с этими традициями замучили уже.
Только доесть успела, в дверь постучали не так, как Данилушка скребся, нет, по-хозяйски так.
Подносик спрятала за диван, уселась, кричу:
—Входите.
Доча Гоблиныча заходит. Пава местная. По-нормальному теперь разглядеть смогла её.
—Тело.
И я мелкая. Дробненькая, как говорила бабушка подружки. Всё, что было нажито, всё в груди ушло.
Окинула меня дамочка презрительным взглядом и протатарорила, как одолжение сделала:
—Завтрак в девять. Обед в четырнадцать. Ужин в шесть. Быть при параде. Завтра император прибудет со свитой. Вечером после ужина про отбор расскажут. Убирать комнату будут, пока завтрак идёт.
И всё. Развернулась и пошла. Я глянула на часы. До ужина ещё полчаса. Мне ещё платье надо в другой цвет перегнать. И туфли под себя заколдовать, которые Данилушка притащит.
Так, какой цвет выберем? Пусть будет фиолетовое. С волосами бы ещё что сделать. Коса распустилась. Облаком рыжим кудри на плечи легли. Как назло – не резинки, не завязки. От платья отрывать – жалко. И так у меня всё в одном экземпляре. Сиротинушка я! Голь перекатная.
Даже трусы одни.
