Прошло уже семь дней с момента нашего похода. Время текло медленно, и каждый из нас пытался переварить новую информацию. Рурик молчал, наблюдая за внешним миром через стекло фургона, а Карл, несмотря на свою юность, задумчиво смотрел на карты старого Маркиза, ожидая дальнейших инструкций от него....
Мгновение спустя я ворвался в самую гущу схватки. Мои руки, наполненные силой крови Виктории, превратились в смертоносное оружие. Двое ублюдков возникли прямо передо мной будто их воздуха — секунда, и их тела оказались разорваны напополам, кровь и внутренности разлетелись во все стороны.
Выхватив меч, я закружился в смертельном танце. Клинок пел, рассекая воздух и плоть. Вервульфы и «стервятники» падали вокруг меня, их кровь смешивалась на земле, создавая жуткую картину.
Битва превратилась в хаос. Оборотни, ведомые жаждой крови, атаковали всех без разбора.
И вдруг я почувствовал это — волну чистой, первобытной силы. Чистокровный приближался, и его присутствие ощущалось как надвигающаяся буря.
— Уходите! — закричал я, перекрывая шум битвы. — Все, уходите сейчас же!
Велькнут, весь покрытый кровью, бросил на меня быстрый взгляд и кивнул.
Наша группа начала отступать, прорубаясь сквозь поредевшие ряды врагов. Я прикрывал их отход. Чистокровный был уже близко, и я чувствовал, как время действия крови Виктории подходит к концу.
Вот последний «стервятник» упал под моим клинком, и я развернулся лицом к лесу, готовясь встретить настоящего монстра.
Из тьмы леса появилась фигура огромного белого волка. Прямо на моих глазах зверь начал трансформироваться, прошла секунда, другая — и вот уже передо мной стоял мужчина в балахоне.
Он оглядел поле битвы, усеянное изрубленными и изорванными телами, и оскалился. Затем его взгляд остановился на мне, в глазах вспыхнула ярость.
— Ты… — прошипел он. — Снова из-за тебя я лишаюсь ресурса!
— Это не я, — с наигранным весельем ответил я, пытаясь выиграть время. — Стечение обстоятельств и всякое такое…
— Наглец! — взревел он и бросился на меня.
Я едва успел моргнуть, как он оказался рядом.
Что-то громко хрустнуло — по-моему, моя спина — и волны боли накатили одна за другой. В глазах потемнело. Удивительно, что я вообще остался жив. В следующее мгновение я оказался на земле, и меня потащило по ней, словно тряпичную куклу.
