– Надеюсь, этим офицером был не ты?
– И не тем вторым, который… ну…
Я кивнула. И потерла свободные запястья. Стало легче, как будто избавилась от тяжелой ноши, хотя до этого не осознавала, какое неудобство причиняют эти штуки.
– То есть это все, что тебя интересует в этой истории. Других вопросов не появилось? И мысли: «да, приказы нужно исполнять незамедлительно» не возникло.
– Я все поняла, – я постаралась придать голосу кротость, даже глаза опустила. – Это была очень хорошая и поучительная история.
– Я заметил, что у тебя много идей, особенно насчет того, в чем ты ничего не понимаешь, – продолжал он. – Мы не на увеселительной прогулке.
– Я правда все поняла. Я постараюсь.
– Какие-то вопросы остались? – судя по тону, Коперник был удовлетворен проделанной просветительской работой.
– Да. – Я колебалась всего секунду. – Откуда у тебя татуировка, и почему ворон?
Коперник слишком уж долго распинался на тему приказов. Не просто так. И адмирал, который придумал эту дурацкую операцию, еще говорил про дисциплину. Не думаю, что Нэй бросался все выполнять без вопросов. Может быть, в форме он и похож на хорошего мальчика, но… А еще я перешла с ним на «ты», и он никак на это не отреагировал.
Мой вопрос остался без ответа. Лимит общения был исчерпан. Я тоже почувствовала усталость. В молчании мы перекусили рационами. Спасибо пиратам за то, что содержали капсулу в надлежащем состоянии и с припасами.
Я даже не стала лишний раз спрашивать капитана, долго ли нам еще лететь.
Коперник нажал на панель со своей стороны и достал одеяла, одно кинул мне. Тут я не нуждалась в приказе, глаза сами закрывались. Я балансировала между сном и явью, когда раздался голос капитана:
– Как твой мужчина отпустил тебя на военную базу вместо сестры?
Мне не хотелось говорить о своей личной жизни, но я все-таки ответила:
– Он у меня идеальный. Не задает таких вопросов.
Из-за ночного режима освещения лица капитана я не видела.
– И, конечно же, он поддержал твое решение.
– И ничего тебе не запрещает, – продолжил развивать тему Коперник.
– И он сказал тебе: «Поезжай, дорогая».
– Ну да. Что-то вроде этого.
Я снова закрыла глаза.
– И он у тебя воображаемый. Я понял, – припечатал капитан и повернулся на другой бок.
Я даже села от удивления.
– Нет, – горячо вступилась я за свою легенду. – Тебе трудно понять, но он просто уважает мои решения и проявляет чуткость.
– Угу, – в этом коротком сочетании звуков было столько всего.
