Мне казалось, что я приросла к месту и больше никогда в жизни не смогу двигаться.
А капитан довольно кивнул, глядя на компьютер.
– В атмосфере не обнаружено вредных и токсичных веществ. Отлично. Можно прогуляться.
Коперник проворно поднялся со своего места, я слышала, как он разблокировал вход, но голову повернуть не решалась. А потом в капсулу проник свежий воздух.
Судя по звукам, капитан спрыгнул на землю.
Очень медленно, собрав мысли в кулак, а волю в пучок, я слезла с кресла и выглянула из капсулы.
Мы оказались на краю огромного луга. Я посмотрела на полосу, которую пропахала наша капсула. Хорошо, что мы остановились, иначе влетели бы в вековой лес. Деревья-исполины своими верхушками норовили дотянуться до неба.
Коперник разминал затекшие мышцы и наслаждался видом.
– Прилетели, – запоздалым эхом повторила я. – Ты уже понял, на какой мы планете?
Ответом мне послужил красноречивый взгляд, но потом капитан все же сказал:
– А ты разве не заметила информационное табло в этом прекрасном космопорту?
– Я просто спросила, – я привалилась ко все еще теплому боку нашей капсулы.
– Ладно, у нас есть минимальный запас рационов и воды. Сейчас я попробую настроить сигнал, может, получится выйти на связь. А может быть, нас засекли и скоро сюда прибудет помощь. Разберемся.
Он глубоко вздохнул и потянулся, разве что не замурлыкал.
На небе в золотом ореоле светила яркая звезда. Было приятно и тепло. Хорошо, что мы угодили в лето или весну. Могли бы приземлиться в снега.
Эта мысль заставила меня улыбнуться.
Коперник нахмурился, а потом сказал:
– Так, Марта, на незнакомой планете действуют простые правила. Трогать можно только себя. Увидишь симпатичный цветочек – не срывать, не прикасаться, не нюхать. Ничего не пробовать, не облизывать, не жевать, даже если ягодки кажутся похожими на те, что продаются в супермаркете натуральной еды. Не пытаться поймать даже самого миленького жучка, зверька, птичку и так далее.
Он разговаривал со мной как с несмышленым ребенком.
– Это и так понятно, – холодно сказала я.
Коперник вздохнул, во взгляде его была вселенская скорбь. Похоже, он полагал, что я прямо сейчас кинусь собирать цветы, ловить жуков и грызть кору на деревьях.
Налетел легкий ветерок. По травам покатились зеленые волны. Краем глаза я заметила движение в лесу. Показалось, что кто-то очень пристально на меня смотрит. Я уже собиралась сказать об этом Копернику, но подумала, что это даст ему прекрасный повод для новой порции насмешек, и промолчала.
