— Угу, как лебедь, рак и щука, — отозвалась я иронично, собирая мусор. — Дело-то одно, только направления и задачи у нас разные.
— Пущай разные, — согласился он и сунул мне в сумку какую-то папку — дескать, изучишь по дороге. — Но неужто у него сердца нет, неужто не поймет, шо тебе важнее ведьму-то… тогокнуть?
Я весело хмыкнула, обуваясь:
— В России средневековой охоты на ведьм не было, — авторитетно заметил Жорик.
— Зато с некоторых пор у нас полюбили перенимать прогрессивный опыт «цивилизованных» стран, — парировала я.
— Но тебе костер же не запалили. Ни за «скорпионов», ни за…
— Это дело времени, — перебила резко. — Как только он доберется до ведьмы, всё встанет на свои места. И я буду последней дурой, если дам наблюдателю такой козырь для манипуляций. Пусть считает, что я из интереса помогаю, а не из острой нужды. Сейчас я за помощь хоть какие-то ответы могу из него выбить. В нужде со мной считаться не будут. Дело превыше всего.
Я взяла пенку и навела кудри. Жорик смотрел на меня из кухонного дверного проема, и коридорное зеркало отражало его крайне неодобрительную мину.
— А ежели пойти с другого пути? — начал призрак осторожно. — Уля, он же мужчина, а ты — симпатичная де…
Я резко повернулась и швырнула в него расческой, опережая призывы рассудка к терпению. Он дернулся, ловя «снаряд», и открыл рот для возмущенной нотации, но опоздал.
Дух, нахохлившись, обиженно молчал. Я вытерла липкие ладони салфеткой и продолжила:
— Потому что у них нет никого со стихийной силой, кроме нескольких подневольных ведьм. Стихия — это «уголь», это ведьма. Это женщина, — я раздраженно кидала в сумку телефон, кошелек, ключи. — Маги в наблюдателях — телепаты, менталисты, эмпаты и прочие фокусники. У мужчин вместо «угля» — энергия мозга, и только. И она не разделяется на свет и тьму. Да, один конкретный иллюзионист может легко заморочить Круг, подвести под монастырь любую, даже тетю Фису, и не оставить никаких следов. Но когда на него в темном переулке наедет парочка «пауков», ему хана. С нечистью не сладить. А нечисть — это тьма. А тьма в ведьме…
Я обула кроссовки, надела куртку и повернулась:
Призрак поджал губы. Я подхватила мешок с мусором:
— По договору положена одна темная на округ — Верховная и одна выбранная наблюдателями — на регион, на всякий случай. Все остальные — или светлые, или… У нас вакантных мест нет. И по закону мне давным-давно должны были выжечь темный «уголь», и если бы не тетя Фиса, выжгли бы, оставив неполноценной калекой.
