Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Но тяжелое лезвие словно наткнулось на стальную плиту, и Охотник упал, не выдержав отдачи. Ксандр отвернулся от девушки, осмотрелся. Повел ладонью так, что Дир отлетел в сторону, ударившись спиной о деревянные балки таверны."
"— Нет! — вскрикнула Вейн. — Не трогай его!
Лесорубы очнулись, зашевелились.
— Они же эри! — вспомнил один из них Кодекс. — Эри нельзя убивать! Только пить… Мы правила чтим! Эй, Темный, руки от девчонки убери!
Ксандр даже не обернулся.
— Сколько еще раз я должен умереть от твоей руки, Вейн, чтобы окончательно понять, кто ты? — выдохнул он ей в губы.
— Отпусти… — она дернулась, пытаясь дотянуться до своих кинжалов, но он больно сжал ей руки, обездвиживая.
— Отпусти девчонку! — возмутились лесорубы, вскинули свои топоры, одновременно бросаясь на Ксандра.
Он вздохнул, поднял голову, и таверна взорвалась воплями, потому что в один миг весь путевой дом погрузился в слой Тьмы. Исчезли стены и потолок, завертелись вокруг черные вихри, и полезли со всех сторон жуткие монстры: оскаленные, крылатые, трехголовые и рогатые, порождения мрака и тьмы… На черном небе — ни одной звезды, и со всех сторон — туман, тоже живой, дышащий, жадный…
— Не надо… — тихо сказала Вейн.
Но Ксандра все это уже не интересовало.
— Почему? Почему, Вейни? Почему ты делаешь это? Предаешь меня? Почему? Ненавижу тебя и забыть не могу! — он говорил зло, отрывисто, сжимая ее тело, как тисками. — Столько лет, а в голове снова только ты…
Твари мрака бросились на Темных, сомкнулись страшные челюсти на чьем-то теле…
— Не надо! — закричала Вейн. — Я все покажу. Не надо, прошу тебя.
Он медленно кивнул, и все исчезло.
— Объясни, Вейн!
— Объяснить? — Вейн закричала, но вдруг затихла, сжала решительно зубы, вскинула голову. Взяла его ладонь и приложила к своей щеке. Тьма, как же она замерзла… — Я тебе покажу, Ксандр. Все равно ведь узнаешь.
Он тоже замер, настороженно всматриваясь в ее глаза. Потянулся осторожно к ее воспоминаниям, все еще не веря.
