Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Леран посмотрел на них чуть недоуменно и пожал плечами.
— Все помнят правила? Каждый должен написать желание для других участников игры и сложить на блюдо! Тетушка Рута, вы согласны стать хранительницей наших желаний?
— Почту за честь, мой дорогой! — рассмеялась тетушка, с любовью глядя на племянника.
Они написали желания, свернули записки и отдали их мистрис.
— Мой ход, — проговорил Леран и передвинул «пастушку».
Люси, не задумываясь, тронула «ремесленника». Вейн внимательно смотрела на доску, раздумывая.
Вейн осторожно переставила тонкую фигурку благородной лейны.
Через два хода Леран потерял три свои фигурки, а Люси приобрела одну. У Вейн Ксандр захватил две, но и она смогла отвоевать у него одну пастушку и стража у нареченного. С каждым движением по квадратам игра становилась все напряженнее, фигурки перемещались между владельцами.
Люсинда завоевала основной квадрат Лерана и торжествующе рассмеялась.
— Ну вот, — с деланным расстройством произнес он, — придется покинуть вашу компанию и переместиться в ряды зрителей!
— Вы поддались мне, дер Леран! — отсмеявшись, надула губы Люси.
— Вы очень наблюдательны, прекрасная Люсинда! — улыбнулся Леран. — И какое же ваше желание я почту за честь исполнить?
Люси покраснела, как цветок олиры, и красиво сложила руки в притворной задумчивости. Леран хмыкнул, а Вейн спрятала улыбку. Ее сестра была мастерицей по таким жестам и паузам, и порой доводила игроков до паники, оттягивая момент оглашения желания.
