В школьном компьютерном кабинете, где звуки только начинают гаснуть после уроков, Платонов задумчиво смотрит на экран. Слишком много программ, которые он хотел бы написать сам, но боялся столкнуться со скептической Екатериной Владимировной. Вдруг ему кажется, что вот этот раз он сможет не только устроиться на пару минут, но и действительно поработать над чем-то интересным без ее одобрения....
Но там, за пределами моей жизни, она вольна делать все, что захочет, и с теми, с кем захочет. Так же, как и я здесь. Но чтобы вот так – замуж…
— Кто он? – задаю вопрос, ответ на который мне совершенно безразличен.
— Не все ли равно? – снова улыбается она.
Да, девчонка знает, что это не тот вопрос, на который мне нужен ответ. Только есть ли сейчас такой? Мне нужна какая-то дополнительная информация?
— Ты расстроен? – спрашивает она.
Пожимаю плечами. Однозначно, мне не все равно. Ревность ли это? Быть может.
— Не знаю, - отвечаю совершенно честно. – Пожалуй. Точно могу сказать, что буду скучать по тебе.
— И я по тебе, - Даша снова отворачивается. – Сначала я не хотела тебе ничего говорить, но потом подумала, что ты должен знать. Просто так будет честно.
После того признания она пропала на долгих пять лет, чтобы потом снова ворваться в мою жизнь.
Я вовсе не из тех, кто считает, что нужно нагуляться до тридцати, сорока, пятидесяти, до выпавших зубов и шелушащейся плеши на затылке. Отношения я хотел, но, наверное, не был к ним готов. Не из-за глупости или незрелости, а нежелания подстраиваться под другого человека, прощать какие-то промашки или откровенную глупость.
И я ни в коем случае не виню в этом тех девчонок, с которыми у нас были попытки сблизиться больше, чем до расстояния одной на двоих постели. Они наверняка старались и делали все от них зависящее. Но этого всегда было мало. Для меня мало. Потому что стараться должны оба. А я точно филонил.
Никогда не обманывал и не изменял.
Наверное, если бы я уважал алкоголь, то после подобных разрывов уходил бы в долгий запой. Странно, да? Но мне всегда было очень хреново.
