Игорь Байрамов и Маргарита Синявская участвуют в постановке оперы «Кольцо Нибелунга». Когда Алине Каюровой обращается к секретарю с просьбой найти человека, пишущего ей письма, всё меняется. Эти письма вызывают тревогу, намекая на скрытую интригу вокруг семейных тайн и запретных чувств.
– Она… как бы это поточнее выразиться… не от мира сего. Слишком добрая, мягкая, у нее рука бы не поднялась! Слушай, я тебе кое-что расскажу. Был один мальчик – много лет назад. Мы тогда с Алинкой только познакомились. Не помню, как его звали, но он играл на рояле. Очень хорошо играл, между прочим. Мы несколько раз встречались на концертах. Алина оказалась с ним в одной параллели, когда переехала в Питер и заканчивала здесь музыкальную школу. Над ним все смеялись, потому что он сильно отличался от других. У него, скорее всего, было какое-то генетическое заболевание или, может, дефект развития – слишком большая голова, слишком короткие ноги… Он сильно сутулился, возможно, даже был горбат. Он прекрасно играл, но в детской среде талант имеет гораздо меньшую ценность, чем приятная внешность. Поэтому он все время находился один или с учителями, но никогда – со сверстниками. Только Алина от него не отворачивалась. Она стала первой, с кем он подружился, жалела его. Разумеется, Алина его не видела, но ей паренька описывали не раз, поэтому она не могла не знать, что он, мягко говоря, обладает нестандартной внешностью. Но тем не менее Алина его не оттолкнула, единственная из всех. Ты понимаешь, куда я клоню?
– Думаешь, раз Алина по-доброму отнеслась к бедному калеке, то она не способна на то, чтобы кому-то навредить?
– А если в целях самозащиты?
– Даже в этих целях! Слушай, разве ты не должна быть на ее стороне?
– А я на ее стороне! Но я должна понимать действия Алины, чтобы защищать. Если я стану голословно, как ты, утверждать, что она невиновна по причине своего ангельского характера, никто и слушать не станет!
– Но ты что-то знаешь об Алине, чего не знаю я, верно? Я не лезу в твои дела, потому что ничего в них не понимаю, но теперь дело касается человека, которого я люблю и уважаю. Поэтому я прошу тебя рассказать все, что тебе известно. Возможно, я смогу тебе помочь, а значит, и Алине!
– Хорошо, – вздохнула Рита. – Алина призналась мне в нашу последнюю встречу, что это она стреляла в Павла.
– И ты поверила? Наверняка она хотела выгородить Геннадия! Как это могло произойти?
Рита передала ему вкратце их с Алиной разговор.
– Ерунда! – пробормотал Игорь. – Не верю ни единому слову! Тебе обязательно нужно поговорить с Женькой, ведь ему дело передали, так?
– Не сомневайся, поговорю. В конце концов я – адвокат Алины.
– Ладно, пойду в душ, – сказал Игорь, поднимаясь.
Только теперь Рита обратила внимание на его джинсы.
