Игорь Байрамов и Маргарита Синявская участвуют в постановке оперы «Кольцо Нибелунга». Когда Алине Каюровой обращается к секретарю с просьбой найти человека, пишущего ей письма, всё меняется. Эти письма вызывают тревогу, намекая на скрытую интригу вокруг семейных тайн и запретных чувств.
– Ты надел папин ремень? – пробормотала она недоверчиво. Неужели матери удался трюк?
– Не совсем мой стиль, – кивнул он, – но нельзя обижать твою маму: она так хотела, чтобы у меня было что-то от… ну, ты понимаешь.
– Как-нибудь переживу. Если Наталье Ильиничне приятно, то могу и поносить немного этот фетиш. И не спорь: это – именно фетиш, потому что нормальному ремню не нужно такое количество драгметаллов и камней, это просто неприлично! Боюсь, теперь мне понадобится телохранитель, ведь найдется немало желающих заполучить этот «ювелирный салон»!
– Если тебе нужен телохранитель, – промурлыкала Рита, – то я готова за умеренную плату.
– Насколько умеренную? – поинтересовался Байрамов, пока ее рука медленно двигалась по его талии и заползала за пояс. – Ух ты! – выдохнул он, когда Рита сжала его ягодицу другой рукой. – Если не ошибаюсь, в Уголовном кодексе это называется домашним насилием?
– И, если помнишь, именно этот вид преступлений труднее всего доказуем, – напомнила она. – Я не оставляю увечий!
Как правило, по понедельникам люди чувствуют себя несчастными. Во-первых, потому, что закончились выходные. Во-вторых, впереди маячит целая неделя трудовых будней, и работы – непочатый край.
Тем не менее факт оставался фактом: два человека находятся под следствием, и один из них невиновен. Или оба. Или оба виновны?
Женька встретил ее холодно. Она понимала, что их интересы драматическим образом пересеклись и дружеские отношения отходят на второй план. Женька – сыщик от бога, и хватка у него как у американского бульдога, поэтому она предвидела тяжелую беседу.
– Давай сразу разберемся: ты пришла как частный детектив или как адвокат? – был его первый вопрос.
К первым у профессиональных сыскарей вполне определенное отношение: они их в упор не видят. Другое дело – адвокаты, их не проигнорируешь. Адвокаты могут доставить следователям много неприятных моментов, поэтому они предпочитают с ними не ссориться и по мере возможности сотрудничают, хотя и ненавидят как класс.
– Как адвокат, – выбрала Рита.
– Тогда я тебе не завидую. Как правило, люди отрицают причастность к преступлению и пытаются выгородить себя – просто мечтают, чтобы кто-то занялся их проблемой. Однако это – не тот случай. И Туполев, и Каюрова упрямо утверждают, что это они убили Павла Каюрова. Я бы легко поверил, если бы имел место преступный сговор жены и любовника с целью устранить неугодного мужа, но каждый из них настаивает, что действовал один, без чьей-либо помощи.
