Автор
Бывший заключенный неожиданно встречает у ворот зоны дочь человека, чья подставка когда-то отправила его за решетку. Теперь она работает надзирательницей и держит его судьбу в своих руках. История о том, как прошлое возвращается и переплетает судьбы людей, связанных болью предательства и...
Раздел Chitat.online для книги «Верная» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бывший заключенный неожиданно встречает у ворот зоны дочь человека, чья подставка когда-то отправила его за решетку. Теперь она работает надзирательницей и держит его судьбу в своих руках. История о том, как прошлое возвращается и переплетает судьбы людей, связанных болью предательства и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший заключенный неожиданно встречает у ворот зоны дочь человека, чья подставка когда-то отправила его за решетку. Теперь она работает надзирательницей и держит его судьбу в своих руках. История о том, как прошлое возвращается и переплетает судьбы людей, связанных болью предательства и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Не разыгрывает спектакль, чтобы развести меня на эмоции и уж тем более – чтобы подвести к нужному для себя решению. Женька действительно отступает, давая мне время подумать. – Если тебе что-то от меня нужно – обращайся. И…
– Что?
– У меня одна просьба. Если ты захочешь уйти внезапно и… без меня… точней, без нас с Нино… найди минутку попрощаться.
– Твою мать! – рычу я, сам не зная, на кого злясь.
– Я много прошу?
– Нет! Я просто не думаю, что это понадобится, Женя… Постой, ты куда? – Почему-то внутри меня рождается суеверный страх, что это и есть прощание. Что никакого другого прощания не будет. Вообще ничего не будет. Всё!
– Домой. Не хочу рисковать.
– Нет. Погоди. Я же ничего толком не успел разузнать!
– О чём?
– Да обо всём. О… дочери.
Женька светлеет лицом. Отбрасывает туфлю, которую подобрала с пола, и садится на край кровати.
– Она совершенно очаровательная, – мягко улыбается.
– Да. Я заметил. А ещё очень умная. Как ты планируешь ей объяснять, что её отец на самом деле ей не отец вовсе?
– Думаю, это будет проще, чем могло бы. Она Сережу папой не зовет.
– И это ни у кого не вызывает вопросов? – удивлённо приподнимаю брови.
– Сейчас уже нет. Нино сама решила звать его по имени. Это странно, конечно, но не критично. А в нашей ситуации и вовсе хо-ро-шо.
– И все же… Почему ты сразу мне во всём не призналась? Хотя бы после освобождения, я… – В этом разговоре слишком много пауз, но иначе, чёрт его дери, не выходит. Эмоции душат, мешают формулировать и говорить. – Я столько времени потерял… – и дальше отборным матом, в котором столько отчаяния, что мне самому неловко. – Будь оно все проклято!
– Я могу скинуть свой дневничок и фото. Там, конечно, всякая ерунда, вроде первого зуба – пятнадцатого июня у Нино вылез первый зуб. И фото её слюня-я-явой. – Женька снова улыбается той особенной, только Нино предназначенной улыбкой, поднимает ресницы и неожиданно тушуется под моим взглядом: – В общем, всякая сентиментальная чушь. Тебе это будет не интересно.
– А ты за меня не решай.
Её глаза расширяются.
– Ладно. Не буду. Хочешь ещё что-нибудь спросить?
На самом деле у меня столько вопросов, что я не знаю с чего начать… Выбираю самый, как мне кажется, безопасный.
– Да. Как ты… ну, в смысле, как прошла твоя беременность?
– Отлично. У меня почти не было токсикоза и, представь себе, живота.
– У тебя шрам. – Веду по белёсой, едва заметной полоске чуть выше лобка. Женька сжимается. Шарит взглядом по комнате, вскакивает. Возвращается с сумкой. – Что ты делаешь?
– Хочу показать тебе свои беременные фотки. Если хочешь.
Я, конечно же, киваю. Фото студийные. И красивые. Животик и правда у Женьки был совсем небольшой.
