Я не позволю… Я…
– Ты меня ненавидишь, – улыбаюсь, ощущая, как нежность затапливает, кажется, все даже самые потаённые закутки моей души.
– Ненавижу. Всю жизнь ты мне испоганил…
– Иди сюда…
– Зачем?
– Покажешь, насколько сильно. Если хочешь, разрешу себя даже пнуть.
Глава 17
Евгения
Нет. Это абсолютно неправильно. Не на ту напал. Я упрямо трясу головой. Сначала я хочу извинений. По крайней мере, за всё, что Горозия только что сказал и сделал, если уж на другое его не хватит. Это я заслужила.
– Нет, – сиплю я, но мой голос звучит до того неуверенно, что складывается ощущение, будто даже он мне не принадлежит.
– Прекращай. Хватит ломаться. – Горозия скалится. Я с точностью до секунды могу назвать момент, когда захлёстывающая его ярость трансформируется в похоть, что сейчас плещется на дне его глаз. Однако я не питаю иллюзий на этот счёт. Всё вернётся, как только переменится ветер…
– Ты т-так хочешь, чтобы я тебя поколотила?
Горозия молчит и делает маленький шаг навстречу, сокращая разделяющее нас расстояние.
Страшно ли мне? Ещё как! Я никогда не видела в его глазах… такого. Не настойчивости, нет. Не подчиняющей себе силы. Скорее, напротив – готовности сдаться. Которая просто напрочь выбивает почву у меня из-под ног. Я не верю ему, не верю! Я просто в ужасе. Я, как загнанный зверь, который от бессилия может лишь кусаться и скалить зубы, с отчаянием принимаюсь колотить того, на кого по-хорошему боюсь даже дунуть.
– Вот так?! Нравится? Ты этого хотел, да? – от усилий к щекам приливает жар, волосы липнут ко лбу.
Я наверняка сейчас похожа на взбесившуюся ведьму. Похрен!
– Угу. Легче? – смеётся он. И смотрит… Так смотрит, что мои ни чем не сдерживаемые руки повисают вдоль тела двумя лишёнными жизни плетями.
– Нет, – с трудом шевелю запёкшимися губами. – Совсем… Я, наверное, лучше пойду.
– Да кто ж тебя отпустит?
Я хочу отвернуться, уйти… Хочу! Но на привязи его взгляда не могу даже пошевелиться. Поводок слишком короток. Ожидание слишком длинное. А моя любовь… моя любовь и не такое сносила, так что… Я всем телом подаюсь к нему, обхватываю ладонями колючие щёки, и тут же мои губы накрывает горячий ищущий рот.
Чуть горьковатый от мятной жвачки язык проникает внутрь, уверенно, как будто делал это тысячи раз. Прикусывает, лижет, вы-пи-ва-ет меня. Я совершенно потрясена. Серго налегает бёдрами, подталкивает меня куда-то дальше, вглубь апартаментов, сопровождая процесс короткими нетерпеливыми звуками, вырывающимися из горла.
