Верни меня к жизни, волк — это дьявольская атмосфера и горячий сюжет о перевоплощении. В одной взрывной секунде герой теряет контроль над собой, растворяясь в страшном желании. Открывшись безбашенной мечты наслаждения, она погружается в безудержное стремление, лишая себя устоев и уважения к себе....
По правде говоря, переживаний по поводу случившейся трагедии ждали от меня все и давно, но я так и не оправдала их ожиданий, принимая положение калеки довольно спокойно. Даже старалась подбодрить мать, но чем оптимистичнее вела себя, тем сильнее она начинала волноваться, что срыв не за горами.
— Все в порядке, — заверила я ее, и вправду готовая встретиться с тенью из прошлого. — Я хочу поговорить с ним.
— У меня только одна просьба, Флоранс, — обеспокоено покачала мама головой. — Если что-то пойдет не так, и ты почувствуешь себя плохо, расстроишься, или он тебя обидит, не терпи, сразу зови меня, и я выставлю его за дверь.
— Хорошо, конечно, — согласилась я, демонстрируя положительный настрой, но шрамы не давали раздвинуть губы в нормальной улыбке.
За спиной Шарлетт уже возвышалась фигура, но я не могла разглядеть лица в полутени.
— Постарайся не пялиться, — буркнула Шарлетт, проходя мимо парня и пропуская его в мою комнату.
— Внимание — неотъемлемая часть моей теперешней жизни, — саркастично крикнула я вдогонку матери, — надо мне привыкать.
И мужественно подняла глаза навстречу вошедшему гостю, наблюдая, как распахиваются от шока его глаза и открывается рот, и слово «привет» застывает на языке, повисая незаконченным…
Глава 3. Ну да, я такой
— Привет, — начала я первой. Издала нервный смешок: — Вот это у тебя шок. Так страшно выгляжу?
— Нет, нет, — парень торопливо взял себя в руки, возвращая контроль.
— О… — удивилась я, честность гостя импонировала, тут же повысив градус доверия между нами. — Спасибо.
— Извини, я не хотел оби…
— О, все нормально, — прервала я бессмысленные извинения с улыбкой. — Мне никто не говорит правду, и от этого уже тошнит. Так что на самом деле спасибо, что не стал юлить и прикидываться, будто с моим лицом все в порядке.
— Узнаю Флоранс Пайни, — лучезарно улыбнулся парень, тряхнув лохматой головой, нуждающейся в расческе, а еще лучше — стрижке. — Ты всегда была сильной, я тобой горжусь!
Он все еще стоял в дверях, занимая целиком не только проход, но и, казалось, всю мою крошечную комнату, сделав ее теснее обычного.
Высоченный, широкоплечий и мускулистый, про таких говорят — косая сажень в плечах. Белокожий и могучий, как медведь.
