Автор
Новая жизнь начинается для Нади после тяжелого развода. Каждое утро она находит силы говорить, что привыкает к новой реальности. Жизнь изменилась за полгода, но это лишь капля в океане двадцати семилетней жизни ее мужа. Несмотря на горестные воспоминания и уныние, Надя старается не сдаваться. Вокруг её полно дам, которые пережили подобное - вдовцов больше, чем вдов....
Похоже, «Верный муж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Идут по своим делам – вроде бы и спешат, а нет на лицах столичной загнанности, затравленности в глазах, плотно сжатых губ.
Милость какая-то во всем и тишина…
Надя слегка заплутала, чуть покрутилась, снова спросила дорогу и, уже почти дойдя до вокзала, вдруг остановилась и задумалась.
Какая сила несла ее снова туда, на ту улицу, со дурацким названием Коровинская?
Зачем, почему, для чего? Она отмахнулась от этих вопросов и так заторопилась, словно могла пропустить что-то такое важное, такое необходимое, такое….
Она снова толкнула калитку, и та снова не хотела поддаваться и словно не хотела пускать ее туда. В жизнь той женщины.
Надя постучала в клеенчатую дверь, и ей не ответили. Тогда она, набравшись храбрости, дверь толкнула, и та оказалась незапертой. Она зашла в коридор, постучалась в кухонную притолоку и, окончательно поняв, что Наташи нет, прошла в комнату.
Госпожа Минц… Госпожа Минц сладко и, видимо, крепко спала на диване, почти потонув, словно в пышном сугробе, в многочисленных подушках и укрывшись тяжелым на вид, огромным одеялом.
Из-под одеяла виднелись рыжие кудряшки, маленькая ладонь с нелепо-красными ногтями и крошечная, детская, абсолютно ровная, без единой старческой косточки, аккуратная ступня – тоже с ногтями красного цвета. Раздавался тоненький, почти комариный, свист и очень ровное, спокойное дыхание. На круглом столике по-прежнему стояла чашка с почерневшим чаем и лежал конверт. Конверт, который никто и не думал открывать.
Надя быстро схватила его и, задыхаясь от ужаса, негодования, страха и своего воровства, быстро, мышью, выскочила на улицу, не давая ни малейшего отчета своим действиям.
У самой калитки она столкнулась с Наташей, и сердце готово было выскочить из груди."
"Красная как рак, словно воровка, она стала торопливо оправдываться – неловко и бестолково.
Наташа, не выпуская папиросу изо рта, усмехнулась:
– Да мне-то какое дело! Забрали и забрали – ваше право. Только зачем вы приехали, я так и не поняла.
Надя резко повела плечом:
– Не знаю. Не анализировала. Только знала точно – надо.
