Тихая девочка из провинции Вероника дважды переживает предательство близких людей. Это становает переломным моментом в её жизни. Героиня принимает судьбоносное решение, которое полностью изменит её путь и заставит переосмыслить понимание любви, доверия и личной силы.
Раздел Chitat.online для книги «Вероника» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Тихая девочка из провинции Вероника дважды переживает предательство близких людей. Это становает переломным моментом в её жизни. Героиня принимает судьбоносное решение, которое полностью изменит её путь и заставит переосмыслить понимание любви, доверия и личной силы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тихая девочка из провинции Вероника дважды переживает предательство близких людей. Это становает переломным моментом в её жизни. Героиня принимает судьбоносное решение, которое полностью изменит её путь и заставит переосмыслить понимание любви, доверия и личной силы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Редко видимся, — вставила она и, выпив, поделилась:
— Мы совсем здесь замучились с матерью. Она такая капризная. Да ты знаешь, в детстве натерпелась. Но то — цветочки. Теперь она совсем набаловалась, притворяться много стала. Чуть что не по ней — бряк в обморок, и все дела.
— Она похоронила папу, — напомнила Вера.
— Когда это было! Давно пора в себя прийти! — подхватила Катерина.
— Ну а если нанять сиделку? — предложила Вера, —"" тщетно пытаясь понять, куда клонит сноха.
— Сиделку! Ее еще отыскать нужно! Кто, по-твоему, согласится сидеть безвылазно со слепой и капризной старухой?
Вера поморщилась. Ее коробила циничность Катерины, но одновременно она не могла не понимать, что сноха права.
— Ты ешь, сестренка, ты с дороги.
Слава подвинул сестре миску с салатом и голубцы.
— Тут врачиха одна ходит, участковая, и та сочувствует. Тяжело вам, говорит, столько лет мучаетесь. Ухаживать за такой только за квартиру согласятся. А зачем, говорит, вам чужому человеку квартиру дарить?
— Логично, — усмехнулась Вера.
— Тут недалеко, — сноха положила Вере голубец и зачерпнула ложкой салат, — есть что-то типа интерната для больных стариков.
Вера подняла глаза от тарелки. Катерина на нее не смотрела.
Слава тоже — катал по тарелке зеленый горошек.
— Дом инвалидов? — переспросила Вера.
— И престарелых, — добавил Слава.
Вера отодвинула от себя тарелку. Та задела тонкую ножку фужера, он упал и звякнул. Брат и сноха дружно взглянули на гостью.
— Вы меня за этим вызвали?
— Конечно, — удивился брат. — Твоя подпись будет нужна. У матери же двое детей. Ты и я.
Вера пристально посмотрела на брата. От прежнего Славика в нем мало что осталось. Живот, обтянутый китайской футболкой с надписью «Адидас», лысина с торчащими посреди нее редкими волосками.
Темное, почти красное лицо.
— Когда ты в школе учился, меня заставляли на цыпочках по квартире ходить, если ты за уроками сидишь… — зачем-то вспомнила Вера. — Мама говорила: «Славику не мешай, он вырастет, будет опорой нам с отцом в старости».
Брат вытаращил на нее глаза и, не найдя что ответить, забухтел себе под нос что-то нечленораздельное.
— И жену она тебе выбрала по своему усмотрению, свою, деревенскую, что попроще.
— Ой, нашла что вспомнить! — вскричала Катя, с беспокойством наблюдая за мужем.
Тот вскочил и, махнув рукой, ушел на кухню.
— Ты что думаешь, ты приехала нам тут мораль читать, а мы уши развесим? — Катерина обрела необходимый в разговоре раж. — Про отца вспомнила, про детство…
Вера молча наблюдала за ней.
— Еще расскажи нам, как она твоего отца-то любила и себя блюла…
— При чем здесь это? — не поняла Вера.
— А при том! Как умер, так хорош стал, а при жизни-то она под кого только не легла, ваша мать-то! Весь поселок знает, как она отца-то любила.
