Вето на девочку описывает атмосферу грусти и непреодолимой скрытой вины, где саксофон играет вдали, как символ того, что внутри героини все кипит. Жизнь героини становится невыносимой, но решительность – это единственное, что помогает выжить и найти силы уйти из дома. Параллельно ее подруга Катя сочувствует и делится своим мнением о том, как жизнь разворачивается вокруг нее, придавая ей новые поводы для отчаяния....
Столы повернуты таким образом, что от входа виден только я.
– Что-нибудь заказать? – оглядываюсь на официанта.
– Ничего не надо, Александр Георгиевич, – поспешно мотает головой Лара. И в такт каждому взмаху ходуном ходит тонкий хвостик.
– Хорошо, – киваю я устало и приступаю к самому главному. – Хоть вы мне скажите, Лариса, что произошло? Жена вышла с собакой погулять и оказалась в клинике… А ее родственники объявили мне бойкот или войну…
Схематично все выглядит именно так. Если не вдаваться в подробности. В душе все кипит от злости и непонимания.
– Не знаю, – пожимает худенькими плечиками Лариса, больше похожая на маленькую беззащитную птичку, чем на взрослую женщину. Оно и понятно, домашний тиран и ее затюкал.
– Помогите мне, пожалуйста, – прошу искренне. – И я позабочусь, чтобы ни одна скотина больше не причинила вам неприятностей. Ни вам. Ни Люсе.
– Спасибо, – мелко кивает Лара. – Вы и так нам помогаете. Поэтому я и решилась… Решилась.
– В долгу не останусь, – улыбаюсь в ответ.
– Девушку привезли пару часов назад с кровотечением. Что уж там случилось, не знаю. Но сами собственники забегались. Антонина Сергеевна с ней неотлучно была. А ее муж докторов искал самых квалифицированных. Всю Москву на уши подняли.
– Это хорошо, – киваю на автомате и безумно жалею, что меня не было рядом. Что узнал все через задницу… И самое главное, сейчас мне нужно быть с любимой и нашим ребенком.
– Сперва успокоительное вкололи. Девочка все время плакала… – продолжает Лариса. А у меня в глазах темнеет от гнева. На себя. На Катю.
Настя все слышала и сбежала. Девочка моя несмышленая.
– Может, ее обидел кто? – Лариса смотрит на меня растерянно. А мне хочется догнать Катю и оторвать ей голову. Хотя… проще начать с самого себя. Какого мне приспичило везти дочку к себе на квартиру? Чем таким я был занят, что сам не мог смотаться в офис или в Плотников и отправил охрану? Почему не поднял задницу? Не выспался, сука… Теперь побегай.
Вопросов много. Но ответов нет. Хоть об стенку головой бейся.
– Я разберусь, – киваю коротко. – Мне нужна полная информация о Насте. И повидаться бы… Ее родня сейчас на меня всех собак спустит. Даже в клинику войти не позволили.
– История болезни у Ильи Вадимовича в кабинете, – вздыхает Лариса и добавляет, словно извиняясь: – Но я дам вам ключ.
