Вето на девочку описывает атмосферу грусти и непреодолимой скрытой вины, где саксофон играет вдали, как символ того, что внутри героини все кипит. Жизнь героини становится невыносимой, но решительность – это единственное, что помогает выжить и найти силы уйти из дома. Параллельно ее подруга Катя сочувствует и делится своим мнением о том, как жизнь разворачивается вокруг нее, придавая ей новые поводы для отчаяния....
Ничего страшного, – вздыхает Настя и добавляет устало: – Саш, ты приезжай быстрее. Я уже не могу без тебя.
– Лечу, малыш.
И больше всего на свете желаю как можно быстрее оказаться рядом с женой. Положить ладонь на большой живот. Поцеловать ложбинку ключицы.
– Как приеду, так сразу и родим… – заверяю торопливо.
Дама в соседнем кресле демонстративно закатывает глаза. Бубнит под нос что-то насмешливо. Отключив сотовый, разбираю только обрывок фразы.
– … родить, нельзя погодить.
Нельзя, конечно. Но мы с Егором договорились.
Но Настя может и не дождаться. От нее тут мало что зависит. Только бы не приперло, пока меня нет. Кровь из носу я должен присутствовать на родах и все контролировать. Девочке моей должен кто-то помочь. И этот кто-то я.
Дурацкая паника накрывает меня с головой, стоит только подумать. Пытаюсь отвлечься работой, но все бесполезно. Мысли так и крутятся вокруг Насти и нашего сына.
И как только самолет приземляется, я хватаюсь за трубку.
«Настя, возьми трубку, – прошу мысленно. – Пожалуйста, девочка!»
Самолет медленно катится по взлетной, а я уже звоню тестю.
– Что там, Ильич? – спрашиваю, еле справляясь с волнением.
– Да нормально все, Саш, штатная ситуация. Настя в больнице уже. Алина с ней.
Сжимаю кулак, пытаясь не заорать. Тесть может рассказывать три часа, но так и ничего и не рассказать. Штатная ситуация, блин! Может, для вас она и штатная.
– Воды отошли, схватки усилились…
– Как же так, я из Стамбула вылетал, все нормально было, – охаю в трубку. И тут же слышу встревоженный голос тестя."
"– Саша, еще час-полтора и начнется. Может, тебе лучше не заходить? А то, я так понимаю, ты нервничаешь. И еще в дороге… Лучше расслабиться и…
– Я успею, Вадим Ильич, – рычу в трубку. И как только самолет останавливается, прохожу к выходу.
– На летное поле сразу заезжай, – отмахиваясь от стюардессы, велю Денису.
Терпеливо жду, когда подгонят дурацкий трап. И слетаю по нему сразу же, как только открывается дверца.
Мой Мерс уже маячит поблизости. Еще минута и мчим через поле к воротам. Раздраженно наблюдаю, как в приоткрытое окно Денис показывает пропуск каким-то службам, и успокаиваюсь, когда моя тачка наконец-то выезжает на трассу.
– Давай, Деня, на тебя вся надежда, – твержу устало. Прикрываю глаза, пытаясь успокоиться.
