На степном тракте слышится прерывистый вздох: "Подмогните, братцы, сило́в уж нет!" – пожилой обозный махнул рукой в сторону колонны. Помня о больших трудностях своих лошадей, он просят помощи капитана Бегова, который раздумывает над их проблемами. Вместе с этим резким тоном входит и комментарий командира: "Эка же вас занесло-то!" Однако пожилой не отчаивается, а продолжает рассказывать о своих трудностях со встречной курьерской каретой....
– Цельный день будем бежать, помяните моё слово, братцы, – проговорил, поправляя за спиной вещевой мешок, Лошкарёв. – До Бергамы этой, как я слышал, полсотни вёрст, а взять её до завтрашнего вечера было велено.
– Коли было велено, значит, возьмём, – утверждал топавший с левого боку от него Южаков. – Вон как с Брешией удачно вышло, и на стены не пришлось даже лезть. Я едва ли с десяток раз стрельнул.
– Это да, так-то легко далась, – согласился с ним Нестор. – У нас и раненых ни одного в роте нет. Одни только дозорные кровушку пролили.
– Да и у них только лишь трое в лазарете, – присоединился к разговору Лыков. – Я, когда от провиантмейстера шёл с порционом, со знакомцем Савелием Соловьёвым, который из дозорных ефрейторов, побалакал немного. Говорит, всё быстро у них случилось, только у северного моста немного перестрелка с пикетами была. Да и то не жаркая, кого пулей из французов не взяли, того потом штыком закололи. Соловью самому пуля плечо обожгла, на перевязку в лазарет он ходил. Так-то шибко довольный.
– А чего ему не быть довольным? – произнёс, обернувшись, командир отделения. – Дозорных всех по приказу генерала опять в одну роту собрали, вот они и приободрились."
"– Так это понятно, со своими-то завсегда лучше воевать, – заметил Южаков. – Фрол Иваныч, ну чего ты, спрашивал у капитана про сапоги? Ладно, вот сейчас мы на тракте, а ежели по лесу или по горам вдруг придётся бегать?
– Да там и кроме меня спрашивальщиков хоть отбавляй! – буркнул тот. – Чего ты ко мне-то, Ванька, привязался?
– Так ведь ты же первый командир мне, – хмыкнул Южаков.
– Обождите маненько, – заявил Горшков. – Не сегодня, так завтра к Егорову ротные подойдут и спросят. А пока голенища велено не трогать, терпеть. Скажите спасибо, что букли с косами на время войны отменили и заплечные мешки вместо ранцев опять вернули.
– Так-то оно так, за это, конечно, спасибо, а вот дозорные не стали ждать, сами всё на ночёвке укоротили, – проворчал Лыков. – Теперяча у них сапожки как когда-то в Турецкую удобные, а нам они по колено ноги стягивают.
– Ну и шёл бы в дозорные, Тихон, вечно всё не по-тво́ему! – буркнул ефрейтор. – Мы-то на виду всё время по тракту в колонне топаем, а их не видно, они за казаками следом бегут.
– Подтянись! – донеслось из головы колонны. – Шире шаг, ещё немного – и часовой привал будет!
– Ваше превосходительство, ротные командиры с ходатайством подходили, – обратился к Алексею на отдыхе Гусев.
