Плавно, размеренно, чётко… но по-прежнему очень глубоко.
«Дело в чересчур откровенной позе» – догадалась я, но вариантов он не оставлял. Я прикоснулась губами к колючему подбородку, что сейчас оказался особенно близко.
– Не делай так, – попросила тише, мягче, податливее.
Мартин, действуя точно наперекор, надавил большим пальцем на клитор. И это тоже было для меня слишком! Но это была не та боль, что приносит страдания. Потому сразу следом потекла горячая волна острого возбуждения. Его пальцы внутри меня двигались всё быстрее, давление на клитор не ослабевало, а потом он начал кружить. Монотонно и медленно. Так, что в такт этим движениям, казалось, кружится и моя голова.
– Мартин? – позвала я и обвила рукой его шею. – Мартин, постой…
Я облизала пересохшие губы и сделала попытку улыбнуться.
– Кажется, на эту тему мы с тобой уже как-то болтали… – задыхаясь, напомнила я и он улыбнулся. Так завораживающе красиво…
– Что ты должна сделать, чтобы я вспомнил? – тоном, предназначенным для маленьких и глупых, проговорил он.
– Б-быть послушной, – внезапно пришло на ум, и я с диким отчаянием уставилась в его лицо, ожидая похвалы.
Мартин рассмеялся.
– Не так уж сложно, правда?
– Да, – с готовностью закивала я головой, но его лицо оставалось по-прежнему строгим.
– Ты будешь послушной? – шепнул он мне, лаская губами губы, водя ими по щекам, по векам, по лбу.
А я цеплялась за широкие плечи, только бы не останавливался.
– Юль? Ты умеешь быть послушной? – напомнил он о своём вопросе, и тут уже рассмеялась я. Рассмеялась и закачала головой отрицательно.
– Нет?! – захохотал он громче и впился губами в шею, спустился дорожкой поцелуев к груди, втянул в себя сосок. – Я почему-то так и подумал, – раздался его шёпот словно издалека. – Твои предложения?
– Я научусь, – сглотнула я, чувствуя, как Мартин отстраняется. – Потом! – бросила вдогонку, с отчаянием понимая, что говорю не то.
Пальцы размазали влагу по промежности, и один из них с несильным давлением проник в меня, аккуратно надавив на мышечное колечко внизу. Я ахнула и зло зашипела. Не от боли, а от неудовлетворения.
– Авансовый платёж не прошёл, – усмехнулся Мартин и завис надо мной, довольно щурясь. – Но зато так мы с тобой точно не болтали. Даже не знаю, продолжать или нет?
– Нет.
– Как? Опять? Ты не устала говорить мне «нет»? – по-доброму рассмеялся он.
Палец двигался внутри неторопливо и плавно. Я почти привыкла, совершенно забывая, что от меня требуется какой-то там ответ. Расфокусированный взгляд собрался, концентрировался, и я снова видела его глаза.
– Хочу твой язык, – процедила я, понимая, что просить не могу, но кто помешает мне потребовать?
Мартин заботливо убрал волосы от моего лица, легко поцеловал в губы.