Обернувшись и увидев красные следы своих ступней, недовольно цокнула.
– Я не буду это убирать, – зло проговорила, косясь на Мартина. Он, кажется, был не против, но ничего конкретного не сказал.
– Давай в душ. А через полчаса я жду тебя у камина. Что предпочитаешь выпить? Ещё вина?
– Пожалуй, с вином сегодня уже перебор, но у тебя отличный виски.
– После него тебя тянет на откровенные разговоры, – смешливо щурясь, пожаловался Мартин, но всё равно одобрительно кивнул.
Он не предлагал остаться и не звал меня с собой. Подозреваю, что-то это да означало, но я не была сильна в подобного рода загадках и предпочла оставить их без комментариев. А ровно через полчаса сидела у пустого камина и тревожно поглядывала в сторону лестницы.
Мартин появился с приличным опозданием, в глаза бросилась выраженная скованность движений, и я вспомнила, как перекосило его лицо во время секса.
– Болит? – уточнила, когда он примерялся, как бы удобнее сесть.
Подозреваю, что такая забота пришлась ему не по вкусу. Заполнив камин щепой, Мартин ловко развёл огонь и чуть раньше положенного заложил колотые поленья. В любимое кресло он буквально рухнул, заметно поморщившись.
– Что? Ты о чём? – припомнил Мартин прозвучавший вопрос, и я недовольно нахмурилась.
– О твоей спине. Болит?
– Она всегда болит, – отмахнулся он. – Когда-то больше, когда-то меньше…
– И вчера тоже болела?
– Юля… – предупредил он меня взглядом, что на эту территорию лучше не ступать, и на подобные условия пришлось согласиться.
К тому же бокал с виски был наполнен и ждал своего часа, а значит, пришло время для личных вопросов и откровенных разговоров. Я присмотрелась к Мартину внимательнее и заинтересованно склонила голову набок.
– Признайся, ты опоздал, потому что ждал, что я явлюсь к тебе в душ и начну грязно приставать! – рассмеялась я, мгновенно заминая предыдущую тему.
Шутка удалась. Мартин коротко усмехнулся.
– И в мыслях не было. К тому же я распорядился, чтобы сантехника в твоей комнате стала полностью исправна. Ты оценила заботу?
– Безмерно! Но когда это мешало мне нарушить твой покой?
– Ты бессовестная интриганка! – уличил он, но совершенно не злился, а даже наоборот: рвано дышал и сжимал челюсти до желваков на скулах.
– Ещё скажи, что тебе это не нравится!
– Не скажу…
– Потому что сам не лучше!
– Подозреваю, что даже чуточку хуже.
– Когда ты приглашал меня на ужин, то знал, чем он закончится?
– Нет.
– А если честно?
– Это была импровизация. Ты первая начала.
– В сексе ты совершенно другой… – перешла я к сути, и было заметно, как Мартин напряжённо вздохнул, готовясь к разоблачению. – Мне даже представить страшно, что творилось в твоей спальне до аварии.
– Не надо, не представляй, – грешно рассмеялся он.