Автор
В глубокой тьме комнаты Марина чувствовала холод каждого кирпича под стоптанными ботинками. Ее дыхание заполняло пространство так же плотно, как и страх, укушавший ее изнутри. Она не могла прикрыть глаза, чтобы не вспомнить, что видела: Костя на диване с чужой женщиной, а она стояла за дверью, словно моль, вынужденная проскользнуть сквозь стены....
– Так это вы у Григория Сучкова спрашивайте, у носильщика. Нашел-то он, а я без понятия, – отмахнулась Ангелина Степановна. Эта история с паспортом сидела у нее поперек горла.
«Черт, сумку-то Гришка так и не удосужился отмыть…» – пронеслось в голове.
Она прекрасно помнила эту сумку. До сих пор так и валяется в углу Гришкиной комнаты. Они все собирались ее продать, но на пиво пока хватало, а мыть хлам дед Григорий брался только при сильном безденежье. Натаскает и бросит, покуда деньги не кончатся. Когда надо опохмелиться, на все пойдешь.
– Значит, говорите, Сучков… – задумчиво сказала Катя. – Хорошо, придется обратиться к нему.
«Ишь попрыгунья! – В душе Ангелины Степановны шевельнулось чувство, похожее на ревность. – Куды до нее Гришке», – подумалось в следующий миг. Она тяжело вздохнула и пошла своей дорогой.
Деда Григория Дмитрий нашел сразу. Степенный носильщик отдыхал от трудов праведных, подкрепляясь бутылкой «Балтики» номер три и бутербродом с вареной колбасой.
Услышав, о чем его спрашивают, Сучков начал было запираться, но в конце концов повел следака к себе – он жил неподалеку, в одном из старых четырехэтажных домов, которые невесть когда были выстроены у речки с заковыристым названием Оккервиль.
– Вот. – Он показал рукой в угол, где лежала кожаная сумка. – Извините за беспорядок.
Порядок или беспорядок в комнате Сучкова интересовал Дмитрия меньше всего.
Он подошел к сумке и внимательно рассмотрел ее.
Это был не чисто декоративный дамский ридикюль, а довольно объемистый предмет, куда при случае поместятся и продукты, и книга, и пачка документов фррматом А-4. Кожаную поверхность покрывал слой высохшей грязи – было видно, что ее давно никто не брал в руки.
– Не мыли, ничего не делали, – констатировал Самарин.
– Сохранили вам, как в сейфе, – кивнул довольный Сучков.
«Значительно лучше, чем в сейфе, – подумал Дмитрий. – Это просто удача, что сумка пролежала здесь. А то сейчас на ней нашли бы пять отпечатков разных лиц, из которых ни один не принадлежал бы ни убитой, ни убийце».
Самарин аккуратно погрузил сумку в большой полиэтиленовый пакет.
– Спасибо, гражданин следователь, – на прощание сказал Сучков. Чтобы что-то сказать.
– Спасибо вам, гражданин Сучков, – кивнул Дмитрий.
И следователь, и носильщик сделали вид, что не помнят о том, что вещдок должен изыматься в присутствии понятых, с обязательным составлением протокола.
