В бывшем подвале с черным ходом и мутными лампочками открывается необычный мир — холодные утром минералки и умудренная старая собачка Сашка, который всегда знает правду. Здесь каждый день полон загадок и неожиданных открытий.
– Это твоя квартира, и ты имеешь право…
– Соколова Анна Дмитриевна, – перебила я. – Веретенникова Ольга, отчества не помню, двадцать два года. Лепешева Анжелика Сергеевна… Я молчу про ту особу, что живет с тобой официально, должен же кто-то за порядком в доме следить. Кулик Маргарита…
– А это кто такая? – нахмурился Дед.
– Марго, стриптизерша из “Пирамиды”.
– О господи, – покачал он головой с видом мученика. – Я о ней даже забыл.
– Немудрено. Список продолжить?
– Не стоит. Рад, что ты так хорошо осведомлена о моей жизни.
– Так мне не зря в твоей конторе деньги платят.
– Ладно, будем считать, поговорили. Что там с Игнатовым?
– Будут новости, сообщу.
– Поторопись. Медовый месяц устроишь себе позднее."
"“Непременно”, – съязвила я, правда молча. Он поднялся, а я проводила его до двери. Перед тем как уйти, он взял меня за подбородок и поцеловал, вполне по-отечески.
– Помни главное, – сказал он тихо. – Все эти бабы… и твой Лукьянов сегодня есть, а завтра нет. Но то, что связывает нас с тобой, это серьезно, это навсегда.
Комментировать данное утверждение я не стала, заперла за ним дверь и вернулась в кухню.
– Ценная мысль, – хмыкнул Лукьянов и пояснил: – Насчет меня и его баб.
– Ну и слух у тебя, – покачала я головой.
– Похоже, он действительно тебя любит.
– Я же рассказывала, он знает меня с пеленок. На рыбалку с собой брал, книжки читал, рисовал бегемотов.
– Потом ты подросла и стала годиться для более интересных занятий.
– Не передергивай. Это я его соблазнила.
– Я помню эту трогательную историю. Что ж, займемся Игнатовым.
Пару дней я была очень занята, в основном рутинной, оттого малоинтересной работой. Изучила биографию Игнатова вдоль и поперек. Его привычки, образ жизни и прочее, прочее. Встретилась с журналистами, неофициально, конечно. Важно было, чтоб информация появилась в газетах с определением “по слухам”. Вадим Вишневский, рослый парень с большими амбициями и неуемной тягой к деньгам, вцепился в меня, как клещ.
– Говоришь, за всеми этими убийствами стоит Игнатов?
– Я тебе ситуацию обрисовала.
– Хочешь заставить его нервничать?
– Конечно, хочу. Он должен себя проявить.
– Статейку забацаем в лучшем виде, можешь не переживать. Фамилию не назову, но дурак поймет, кто это. Годится?
– Ты забацай, там посмотрим.
– Это будет бомба, – мечтательно улыбнулся он. А я порадовалась за него.
Позвонила Ритка.
