В бывшем подвале с черным ходом и мутными лампочками открывается необычный мир — холодные утром минералки и умудренная старая собачка Сашка, который всегда знает правду. Здесь каждый день полон загадок и неожиданных открытий.
– А по телефону нельзя?
– Мне важно видеть его глаза.
– С ума сойдешь с вами. – Она поднялась из-за стола и направилась в кабинет. Вернулась она очень быстро. – Сейчас освободится, – сказала шепотом. – Вы правда помирились?
– Помирились. Я вновь на боевом посту. Заступила со вчерашнего дня, так что мое увольнение длилось недолго.
– Я этому очень рада. Ты единственный нормальный человек в нашем гадюшнике. – Ритка никогда меня не стеснялась и время от времени высказывалась вполне откровенно.
Дверь кабинета открылась, появился тучный мужчина с угрюмым выражением на потной физиономии, а Ритка кивнула мне.
Дед сидел за столом и по обыкновению просматривал какие-то бумаги.
– Что у тебя? – спросил он без всякого намека на любезность.
– Хотела тебя увидеть."
"Он поднял голову и несколько секунд смотрел на меня, точно прицениваясь.
– Только и всего?
– Могу уйти, – пожала я плечами и даже приподнялась с кресла, на котором уже успела устроиться.
– Сиди, – махнул он рукой. – Если бы я не знал тебя слишком хорошо, мог бы решить, что… – Тут он малость притормозил, усмехнулся и закончил: – Что ты говоришь правду.
– По-твоему, я только и делаю, что вру?
– Детка, у меня работы по горло. Если хочешь, заеду вечером, и поговорим.
– И на ночь останешься? – не удержалась я.
– Останусь на всю жизнь, – ответил он спокойно. – Только вряд ли тебя это обрадует. Угадал?
– Извини, – потерла я переносицу, – настроение скверное.
– Жалеешь о том, что произошло между нами?
Было странно, что он заговорил об этом.
– Нет, – немного подумав, ответила я. – А ты?
– Про меня ты все знаешь. – Он тяжело вздохнул. – Ну так зачем приехала?
– Сказать, ты напрасно решил, что мне нечем себя занять.
– Не понял.
– Эти убийства в универмаге.
– А… маньяк.
– Ничего похожего. Думаю, менты прекрасно справятся и мое присутствие там ни к чему. Оно их только раздражает. Для нас, – я подчеркнула слово “нас”, – это дело ничем не интересно.
– Ты абсолютно уверена, что о маньяке и речи нет?
– Абсолютно уверен может быть лишь господь, он читает в наших душах, как в открытой книге.
– Отлично. Вот когда ты будешь уверена абсолютно… А до тех пор ты лично отвечаешь за расследование.
– Хорошо, – пожала я плечами, теряясь в догадках, и направилась к двери.
– Детка, – позвал он, я повернулась, изобразив лицом и позой пристальное внимание. Он поднялся, подошел и по-отечески поцеловал меня в лоб. – Увидимся, – сказал он тихо. Я кивнула и удалилась, прикидывая, что сие значит.
