Рывок… хруст костей… булькающий стон… резкий прыжок в сторону от вражеского клинка и ответный удар шипастым хвостом, сминающим шлем противника и проламывающим череп… уход от новой атаки и очередная вырванная глотка… обжигающая боль ожога от огненного лезвия, едва не пробившего, защищающий меня щит, и вспышкой огненной тьмы мелькнувшее передо мной тело другого зверя, оттолкнувшего меня с линии атаки и закрывшего собой… принявшего мой бой... Синн.
Низко рыча, я опускаю голову, смотря, как он стремительно разделывается с остатками окруживших меня врагов.
Его зверь, как и мой, закован в броню магического доспеха, по которому так завораживающе бегут всполохи огня. И эта мощь смертельно опасного сильного зверя буквально завораживает мой затуманенный инстинктами разум, заставляя неотрывно следить за каждым его движением, принюхиваться, вычленяя из стоящей вокруг вони столь желанный и притягательный запах.
В считанные секунды вокруг нас остаются лишь груды бездыханных тел. И огромный чёрный тайрал, стоящий над поверженными врагами завладевает теперь уже всем моим вниманием. Моя звериная сущность буквально дрожит от собственнического желания быть к нему ближе, узнать, почувствовать, поиграть… Покрасоваться?
А он медленно поворачивает голову ко мне, фыркнув с тихим рычанием. Я уже смотрела когда-то в эти пылающие глаза. Уже видела эти огненные узоры. Кажется, то было видение... Пророческое. Тогда я испугалась. Сейчас ощущаю то, что вижу, единственно необходимым мне.
Тайрал опускает голову, принюхиваясь, скалится, поглощая меня внимательным взглядом и делает шаг в мою сторону. Крадущийся. Неспешный. Уверенный. И ещё один. Он словно даёт мне возможность рассмотреть его во всей красе, принять его присутствие… подпустить.
Так и идёт ко мне. Шаг за шагом. Прожигая собственническим взглядом, подавляющим и подчиняющим, вынуждающим скалиться в инстинктивном желании противостоять ему… взять верх.
Я опускаю голову всё ниже, пригибаюсь в намёке на атаку, уже откровенно рыча и скаля клыки, и, следуя инстинктам, шагаю ему навстречу по залитому кровью снегу, ничего так не желая, как быть ближе к столь вожделенному зверю… моему. Да. Он МОЙ. Я чувствую это всем своим существом… так остро, что всё внутри поёт и дрожит.
