Я делилась с ней своими секретами, рассказывала о страхах и сейчас я понимаю, что несмотря на то, что внешне она изображала искреннее сочувствие, в душе она ликовала всем моим неудачам.
На ум сразу приходит наша первая и единственная ссора, когда отец заставил меня удалить видео нашего танца из соцсетей. Думаю, тогда Дина впервые позволила своей маске соскользнуть. Потому что она была в ярости, она обвинила в том, что я забрала у нее эту минуту славы, что это был ее реальный шанс на успех…
Но когда я рассказала ей, что отец запретил мне заниматься танцами в принципе, она быстро успокоилась. Тогда я списала это на сочувствие… Однако, сейчас я понимаю, что просто радость от моей неудачи перекрыла ее собственное разочарование.
Я настолько погружаюсь в свои эмоции и боль, что пропускаю наше обычное время созвона с Маратом. На экране несколько пропущенных вызовов от него, но едва я начинаю набирать сообщение в мессенджере, он звонит по видеосвязи.
На несколько секунд я замираю в нерешительности. С одной стороны, я не хочу чтобы он видел меня такой… заплаканной и слабой, но с другой, сегодня я как никогда остро нуждаюсь в его поддержке.
В итоге, кое-как утерев слезы рукавом, я нажимаю на зеленую трубку на экране.
– Принцесска, где мой обещанный сюрприз? – весело спрашивает он. Затем Марат замечает мое выражение лица и даже несмотря на то, что сейчас я улыбаюсь, он сразу считывает мои эмоции: – Что случилось?
– Ничего серьезного, – пытаюсь придать голосу беззаботности. Я прекрасно знаю, что у него сейчас своих проблем хватает, точнее отцовских, так что мои явно будут лишними.
– Принцесска, – нараспев произносит он. – Рассказывай.
– Я поругалась с Диной. Выяснилось, что никакая она мне не подруга, все эти годы на притворялась лишь из-за денег и положения в обществе… Хотя, вторым в итоге осталась неудовлетворена, – усмехаюсь я вспоминая ее слова.
– Мне очень жаль, – с грустью произносит он. – Предательство – это очень больно.
– Очень, – подтверждаю я. – А еще я чувствую себя очень глупо. Как я могла не замечать ее отношения все эти годы? Я такая дура…
– Даже не вздумай винить себя, – перебивает меня Марат. – Ты не виновата, что доверяла ей, а она не смогла оценить твое доверие. Ей же хуже от этого, поверь… Ты лишилась лживой стервы в своей жизни, а вот она потеряла самого доброго и светлого человека из всех кого я знаю.
