Автор
На пляже едва достойный троечник: шезлонги хаотично разбросаны, навесы требуются ремонт, а песок – серый, грязно-серый, не красящийся в сравнении с белоснежными коралловыми островами. Крупный, пустой и унылый, он лишь напоминает о карьерах добывающих руду, где опасность может быть еще более явной....
Это конструктивное замечание мигом погасило намечавшийся конфликт, хотя спиртное не могло выдохнуться по вполне объективной причине. Стоявшая на скамейке бутылка опустела. Леха зачем-то оглянулся на Комбата, после чего сунул пустую емкость в сумку, а оттуда достал новую. Послышалось характерное бульканье.
Рублев тем временем приступил к основной части разминки. Он имитировал все действия, которые использовались в реальной схватке. Чередуясь, шли резкие удары ногами и руками. Отточенные годами движения Комбата были настолько быстры, что обычный человек едва успевал уследить за ними глазами.
— Простите, землянин! Можно вас на минуточку отвлечь, — вдруг услышал Борис.
— Запросто, — Комбат повернулся к говорившему. Кажется, его звали Гришей.
— Скажите, уважаемый, зачем вам эти китайские штучки, которыми свойственно увлекаться зеленым азартным пацанам? Вы же солидный человек!
— Чтобы случайно не обидели на улице.
— А если хулиганов много или они вооружены?
— Я же сказал, что меня выручит хорошая физическая подготовка.
— Неужели вы думаете, что сумеете отметелить толпу агрессивных подростков?
— Зачем? Как физически подготовленный человек, я от них убегу, — ответил Комбат, явно покривив душой.
Выпивохи дружно рассмеялись.
— Действительно. Я как-то упустил из виду этот вариант, — признался Гриша. — Но в таком случае тем более странно. Налегайте на бег, а не на эти карате-до и карате-после.
— А если хулиганов двое или трое? В таком случае противно убегать. Лучше их самих обратить в бегство… или в пожизненных инвалидов.
— Я слыхал, что восточные единоборства развивают в человеке доброту, терпимость к окружающим.
— Ничего подобного, — с жаром возразил Комбат. — Человек, владеющий боевыми искусствами, гораздо спокойнее воспринимает окружающий мир. Он поймет и простит, если кто-то после конфликта с женой или выговора на работе вспылит, попытается на кулаках выяснять отношения. Но по отношению к мерзавцам, которые хладнокровно идут на преступление, должны работать принципы, далекие от гуманизма.
