Автор
На пляже едва достойный троечник: шезлонги хаотично разбросаны, навесы требуются ремонт, а песок – серый, грязно-серый, не красящийся в сравнении с белоснежными коралловыми островами. Крупный, пустой и унылый, он лишь напоминает о карьерах добывающих руду, где опасность может быть еще более явной....
В газетах промелькнуло несколько заметок об исчезновении спортсменок: пловчихи, штангистки, гимнастки, метательницы молота. Но больше всего шумели о пропаже известной бодибилдерши Музы Червяковой. Тут у желтой прессы было раздолье для выполнения своего главного предназначения — копошения в грязном белье персонажа. Исчезновение культуристки стало предлогом для ее красочного жизнеописания. Основное внимание уделялось сексуальной ориентации женщины. Пронырливые журналюги сумели выйти на ее любовницу. Видимо, девушке хорошо заплатили, и она подробно рассказала об их с Музой отношениях, о том, как нежна и ласкова была Червякова в постели и жестока с мужчинами, пытавшимися ухаживать за девушкой.
— Мужики ее боялись как огня. Стоило Музочке обнажить руку и напрячь бицепс, как они бежали от меня сломя голову, — откровенничала любовница культуристки.
— А с вами она использовала свою силу? — интересовался журналист.
— Никогда! Музочка позволяла мне насладиться ее мускулами, потрогать их, но всегда была нежна и ласкова.
— У извращенцев свои привычки, — произнес Комбат, закрывая страницу.
Характерно, что желтая пресса лишь мельком упомянула об исчезновении Демидовой. Ее не интересовал человек без вредных привычек и отклонений, целеустремленно занимающийся своим делом. Зато все серьезные издания поместили статьи о пропаже одной из лучших российских единоборок.
Борис отключил Интернет и озадаченно хмыкнул. Мысль, сначала показавшаяся ему абсурдной, нашла абсолютное подтверждение.
Глава 11
Юрьева испуганно смотрела на приближающийся катер. Куда ее везут, для чего? У нее не было ответов на эти главные вопросы. А тюремщики Светланы отмалчивались либо отделывались короткой фразой «Потом узнаешь».
