Автор
Агния скрывала от всех, что её четырёхлетняя дочь — плод романа с могущественным миллиардером Даниилом Воскресенским. Теперь, когда он стал ещё влиятельнее, женщина боится, что он отберёт Киру. Остаётся один выход — бежать в Лондон и начать новую жизнь, но судьба готовит неожиданные встречи.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Внебрачная дочь миллиардера» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Агния скрывала от всех, что её четырёхлетняя дочь — плод романа с могущественным миллиардером Даниилом Воскресенским. Теперь, когда он стал ещё влиятельнее, женщина боится, что он отберёт Киру. Остаётся один выход — бежать в Лондон и начать новую жизнь, но судьба готовит неожиданные встречи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Агния скрывала от всех, что её четырёхлетняя дочь — плод романа с могущественным миллиардером Даниилом Воскресенским. Теперь, когда он стал ещё влиятельнее, женщина боится, что он отберёт Киру. Остаётся один выход — бежать в Лондон и начать новую жизнь, но судьба готовит неожиданные встречи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А когда подрастет поймет, какое ты чудовище, раз разлучил ребенка с мамой, — сквозь зубы почти рычу я.
— Агния, — Воскресенский сбавляет тон, но не отпускает. Он нависает надо мной огромной скалой, не давая возможности пошевелиться.
— Вот скажи мне, Воскресенский, ты проводил бессонные ночи с Кирой, когда моя девочка только родилась? Или, может, ты видел, как она росла и развивалась в свой первый год жизни? Или ты лежал в инфекционной клинике, когда у ребенка не спадала температура несколько дней? Или, может…
— Нет! — выкрикивает он. — Потому что ты лишила меня этого. Ты решила за нас обоих, что у дочери не должно быть отца.
— Как и ты решил выкинуть меня из своей жизни как ненужную вещь! Я пришла к тебе рассказать о беременности, а ты практически швырнул мне в лицо бумаги о разводе, — Даниил хищно прищуривается, будто мои слова бьют его по больному. — Ах, да, губную помаду стер с рубашки? Или не заметил ту маленькую деталь?
Кажется, последняя фраза становится последней каплей. Воскресенский бьёт кулаком в стену, но я не пугаюсь. Даниил выглядит словно свирепый разъяренный лев, который связан по рукам и ногам, и поэтому не может добраться до своей добычи. А я, наконец, могу сделать глубокий вдох, потому что за столько лет впервые выплеснула все то, что носила в себе так долго.
Мой бывший муж не двигается с места, и я по-прежнему остаюсь в кольце его рук. Прижимаюсь к холодной стене в надежде, что мужчина отступит и даст мне необходимый кислород, но этого не происходит. А я уже насквозь пропитанная запахом его дорогого парфюма, закрываю глаза, мечтая, что этот человек исчезнет из моей жизни, сто́ит мне лишь снова открыть их.
— Вернись, — тихо говорит он, — давай всё решим мирно.
Я замираю от глубины, которая внезапно рождается в голосе Даниила. Срабатывает некий эффект неожиданности от перемены в настроении бывшего супруга, который затуманивает мой разум. Он делает шаг назад, давая мне возможность принять решение самостоятельно, и я, обречённо вздыхая, возвращаюсь в кабинку. Здравый смысл берёт верх над эмоциями, именно поэтому в этот раз я не бегу от Даниила.
Глава 12 Даниил
Смотрю вслед удаляющейся фигуре, четко осознавая всю серьезность ситуации. Если сейчас я не сбавлю обороты, то потеряю только что обретенную дочь, и никакие просьбы или, тем более, угрозы в адрес Агнии не позволят мне видеть, как растет Кира, не говоря уже о доверительных отношениях с ребенком. Радует, что здравый смысл побеждает над эмоциями. В другой ситуации с другим человеком я не стал бы искать компромиссы.
Черт побери! Мне ведь ничего не стоило узнать обо всем раньше. Но пять лет назад я для себя однозначного определил, что разрыв с Агнией — это крайняя необходимость, без которой тогда невозможно было обойтись.
