Дождь падал как слезы на гроб Фабрицио Моранте, а Джина stood под зонтом, опустив голову и держа десять белых калл — цвета его любимой рубашки. Черная вуаль скрывала ее лицо от свидетелей, но горькие слезы все равно падали на розовые лепестки. Это было не просто прощание - оно описывало невыносимую боль и нереализованное счастье в Вечной ночи любви.
Они смотрелись в этом пышном убранстве настолько чуждо, что Джин пару мгновений не могла избавиться от ощущения, что ей это видится. На самом деле она искренне надеялась на это, потому что ничего хорошего появление в танцевальном зале Дюка Кремера в компании двух незнакомых вампиров, не сулило. Еще хуже были бейсбольные биты в руках непрошенных гостей. Еще хуже то, что один из парней — сморчок с жидкими, зачесанными назад волосами плотно прикрыл дверь, вставив эту самую биту в ручки так, что снаружи ее было невозможно открыть.
— Мы не помешаем, голубки? — оскалился Дюк, поигрывая круглым в сечении металлическим стержнем. — Вы тут трахнуться, как я посмотрю, задумали? Ролевые игры, да? Так не надо нас стесняться, милые…
ГЛАВА 12.2
Вацлав, который стоял ко входу спиной и не видел вошедших, обернулся на голос Кремера.
— Дюк, ты пьян, — предостерегающе проговорила Джин. — Не надо делать вещей, о которых потом пожалеешь!
От бывшего парня действительно за километр несло алкоголем и, невзирая на опасность ситуации, Джин не могла не удержаться от мысли о том, как же правильно поступила, что порвала с ним. Потный, красный, набычившийся, с воспаленными красными глазами и крепко сжатыми кулаками, он сейчас вызывал только отвращение.
Но дело было дрянь, она чувствовала это нутром. Кремер зол, очень зол, выпитое спиртное усиливало эту злость в несколько раз.
— Клан Моранте… — начала было Джина, но Дюк тут же перебил:
— Клану Моранте не нужны порченные вампирши. Я трону твое прекрасное личико совсем чуть-чуть — но с таким дефектом в жены тебя не возьмет никто… Кроме меня, разумеется. Потерявшая былую красоту, ты будешь покорной женой, не так ли, Моранте?
— Ты спятил… — Джин истерически расхохоталась, не в силах поверить, что происходящее реально. — Иди проспись, Дюк Кремер! Может быть, тогда в твоей голове хоть немного просветлеет!
— Но для начала я бы хотел поболтать немного с недоноском, с которым ты посмела мне изменить, — больше не глядя на Джин, Кремер сосредоточил все внимание на Вацлаве. — Ну что, человеческий ублюдок, расскажи, каково было трахать мою женщину? Она брала у тебя в рот, брала? Ну, давай, скажи, как сладко было иметь эту сучку во все щели! Расскажи, жалкий тупой недоносок человека! Расскажи мне все!"
"Монструозный амбал Кремер налетел на Вацлава, как ураган, и, в принципе, тот даже попытался что-то там сопротивляться, но легче было асфальтовый каток с пути свернуть.
