В центре сцены стояла девочка-ворона — хроникарь жизни и смерти, за которой следили все. В душе же у нее жил зверь, страсть волчицы. Когда она появилась на пороге бара, Николай сразу понял: её жизнь тянется к концу, и каждый здесь хочет её выкинуть. Но в ней пламя, что превращает её в воина неуловимых моментов, пока дух зверя не заставит её уступить место себе....
– Я первый, – оскалился всё тот же Жора и потянул девчонку на себя, пристраиваясь сзади так, чтобы одним жестоким рывком насадить бедра вампирши на себя.
Мужская хватка ослабла, и девочка приподняла лицо, на котором уже проступали ссадины от соприкосновения с деревянной поверхностью стола.
На мгновенье её взгляд встретился с взглядом Николая. И того точно ударило током, да так, что он пошатнулся.
Нет…не может быть…. К чертям собачьим! Этого не может быть!
Он увидел в её огромных голубых глазах своё отражение….
– Ребята, хорош! Бар закрывается! – слова вырвались у Николая самопроизвольно.
Четыре пары глаз, в которых плескалась похоть и жажда крови, уставились на него.
– Ник, ты прикалываешься? Мы только начали!
– Придется закончить, – Николай подошёл ближе, стараясь не замечать, как притихла девчонка, как из её груди перестали вырываться жалобные всхлипы.
Его парни нахмурились, один даже зарычал.
– Ты чего, Ник? Мы не поняли…
– Что тут непонятного? Бар закрывается раньше времени, и я советую вам поскорее убираться! Желаете продолжить – «Клык» в паре километров!
– Ник, не дури! Дай мы трахнем эту сучку, как она того заслуживает, а потом уйдем! – Жора приставил член к попе девушки, не желая отказываться от своих намерений.
– Её никто из вас трахать не будет.
Слова Николая прозвучали, как гром среди ясного неба. Неожиданно. Неумолимо. Неоспоримо.
Рычание парней усилилось. Он видел, как они нетерпеливо передергивали члены, как похоть захлестнула их, затмив другие инстинкты.
Кроме одного.
Самосохранения.
Жора грязно выругался.
– Мать твою, Ник, не обламывай нас! Хочешь быть первым – бери! Но дай нам порвать вампирскую сучку!
– Нет.
Решение Николая было неизменным. Он стоял напротив своих парней, и знал, что никто не будет противиться его воле. Его слово – закон. Они присягнули ему в верности.
Признали его альфой.
То, как Николай из среднестатистического охранника дошёл до уровня альфы, как открывал в себе неизведанные стороны характера, физической силы, как тренировал волю – отдельная история.
И теперь никто не смел пойти против него. Тело Николая было покрыто многочисленными рваными шрамами, он своей кровью доказал, что является сильнейшим.
Смело посмотрел в лица парней, которые, матерясь, начали прятать члены в штаны.
