Водопад — это тихий мрачный лес вокруг Эдинбурга, где каждое дерево и камень хранят страшные истории скрытой сексуальности и истерии. Фильм ужасов в реальной жизни, где вынужденная неприкрытость искрится холодом ночного воздуха, оставляя жуткие следы на каждом шагу.
Зал в ресторане «Гадрианз» в том же отеле был заказан на половину девятого; сейчас же стрелки часов показывали половину седьмого, и в дверь только что вошел последний из приглашенных.
— Прошу простить за опоздание… — проговорила Шивон, скидывая легкий плащ. Тотчас за ее спиной возник официант, который принял плащ, пока напарник наливал ей шампанское.
— Ну, за твое здоровье, — сказала Шивон, садясь за стол и слегка приподнимая бокал. — И… поздравляю!
Джилл Темплер тоже подняла бокал и слегка улыбнулась.
— Мне кажется, более чем уместный тост, — сказала она под одобрительный ропот собравшихся.
Двух присутствующих женщин Шивон хорошо знала. Обе были помощницами судебного исполнителя; Шивон несколько раз приходилось сталкиваться с ними по работе. Гэрриет Броу было под пятьдесят; ее черные (возможно, крашеные) волосы носили следы перманента, а фигуру маскировали несколько слоев твидовой и хлопчатобумажной ткани. Диане Меткалф было немного за сорок. У нее были очень глубоко посаженные, словно провалившиеся от болезни или голода глаза, но вместо того, чтобы как-то маскировать этот недостаток, она, казалось, нарочно его подчеркивала, используя слишком темные тени для век.
— Это Шивон Кларк, — говорила тем временем Джилл Темплер одной из сидевших за столиком женщин. — Она работает констеблем в моем участке. — Последние слова Джилл произнесла таким тоном, словно участок перешел к ней в безраздельную собственность, что, как подозревала Шивон, было не так уж далеко от истины.
"— Вот как? В каком же?
— В Музее истории Шотландии, — пояснила Берчилл. — Вы когда-нибудь там бывали?
— Однажды я завтракала в Башне, — сообщила Шивон.
— Ну, это не совсем то… — промолвила Берчилл, и в ее голосе послышалось разочарование.
— Я хотела сказать, что… — Шивон ненадолго замолчала, подыскивая слова, чтобы поделикатнее выразить свою мысль.
— Все понятно, — сказала Гэрриет Броу таким голосом, словно все несчастья и неудачи в жизни можно было списать на противоположный пол.
— По крайней мере сегодня здесь одни женщины, — добавила Джилл Темплер, — так что можно расслабиться.
