– Кажется, – проговорила девушка с улыбкой, хотя чувствовала себя скверно, – мы только что нарушили воздушное пространство какой-то страны.
– Не надо много говорить и задавать вопросы, – отрезал Ансар.
Холмы под ними становились все выше. Предгорья медленно превращались в горы. Таня увидела мелькнувшее внизу небольшое стадо верблюдов. Стоявший рядом с кораблями пустыни человек в арабской одеянии, опершись на карабин, провожал вертолет взглядом.
Геликоптер стал не спеша снижаться. Наконец сел, вздымая клубы песка и пыли.
Пыль понемногу улеглась.
Спазм страха сжал Тане сердце.
– Только после вас, мистер, – стараясь выглядеть беззаботной, ответила она.
– Боишься, что я тебя здесь брошу?
И, не дожидаясь ответа, все-таки первым спрыгнул на землю.
Татьяна, облегченно вздохнув, последовала за ним.
Шейх достал из вертолета свой рюкзак, распаковал его и протянул Тане широкое одеяние.
Араб опять не удостоил ее ответом, быстро скинул с себя белые джинсы и рубашку поло.
Таня повертела в руках кусок материи. То было богатое, шитое золотом одеяние мусульманской женщины.
– Не надо заставлять меня ждать, – ледяным тоном молвил Ансар. Он стоял голый, смуглый, босой на земле своих предков и выглядел – здесь и сейчас – чрезвычайно органично. «Будто всю жизнь тут верблюдов пас», – мелькнуло у Татьяны.
И еще она заметила, что он хочет ее. И, поразительно, она сама его тоже сейчас хотела. Несмотря на все Ансарово высокомерие и грубость. «Дай бог, чтобы наше переодевание в пустыне оказалось всего лишь сексуальной игрой», – подумалось ей, и она поспешно скинула блузку и шорты.
Она покорно сняла с себя все.
«У нас, что, ничего не будет?» – подумала она, но послушно натянула на себя широкое балахонистое одеяние.
Ансар протянул ей еще один кусок ткани.
«Это» оказалось паранджой. Таня повертела ее в руках и надела на голову.
– Ну, как я выгляжу в роли восточной женщины? – спросила она игриво.
Вместо ответа араб подошел к ней, обхватил стальными руками, развернул к себе спиной – и без всяких предварительных ласк грубо вошел в нее…
…Это было ужасно. Унизительно. Больно. Обидно. И в то же время чертовски ее заводило. Ансар, не говоря ни слова, отвалился от нее и надел на себя мужской восточный халат. На голову – платок «арафатку».
– Не раздевайся, – приказал он ей. – Мы летим дальше.
Татьяна первая, путаясь в складках длинного одеяния, влезла на борт вертолета.
Геликоптер взмыл в воздух.
Семя Ансара потекло по бедрам, и Татьяна украдкой стерла его платком.
Вертолет несся вдоль ущелья, повторяя его изгибы. Вокруг, как и раньше, расстилалась гористая пустыня. Под брюхом винтокрылой машины галькой, валунами и сухими кустарниками обозначалось русло пересохшей реки.