В глубоком умрах бесконечного дарквейна, Последний из Долгоживущих неслись по мирам и планетам, наблюдая за Вселенной в ее последних глотках свежего воздуха перед Большой Сжатием. Каждое событие оставляло след на его памяти, созданной из тысяч лет жизни и миллиардов звездных систем....
– Как это – подставить?
– Ярослава Тихонова всё ещё поддерживает связь с резидентурой Знающих. Она вбросит им предложение по зомбированию высших государственных деятелей СОН и основных государств Земной Федерации – России, Китая и Египта. Ты будешь в числе тех, кто проявляет наибольшую лояльность к Знающим. Кстати, этот либеральный отряд сочувствующих «бедным инопланетянам, желающим нам добра», весьма велик.
Медведь допил кофе, обдумывая предложение, съел сливку фейхоа.
– Мне, конечно, лестно, что вы считаете меня готовым к предательству…
Воеводин оценил шутливый тон командора, улыбнулся:
– В системе Погранслужбы ты известен как должностное лицо, не замешанное ни в одном конфликте.
– То есть ты вербуешь меня в качестве агента контрразведки.
– Если ты считаешь, что не справишься…
– Дело в другом. Во-первых, меня будут проверять, подсовывая задания, которые могут негативно сказаться на Погранслужбе России.
– Могут, но ты будешь не один отвечать за свои решения.
– Второе: они могут всадить в меня программу, которая сломает психику и заставит меня, образно говоря, стать террористом-смертником.
– Риск есть, – согласился Воеводин. – Но у нас подготовлены новые системы защиты мозга на основе «вшинников», а на случай слепого подчинения ваш терафим[8] получит дополнительный контур связи с нами. Он сообщит, что защита не справилась и ты зазомбирован.
– Весьма оптимистичный вариант, – добродушно усмехнулся Медведь.
– Ты против?
– Я за. Кому-то же надо заниматься спасением человечества? Большинство населения Федерации, особенно молодого, торчит у компьютеров и живёт в машине, им наплевать, что будет с Землёй и Вселенной. Впрочем, извини за ворчание, Степан Фомич. Тебе повезло, твой Артур чистый лайфер, в игрушки не погрузился, даже пилотом «Ра» стал, а мой… – Командор с горечью махнул рукой. – Двадцать два года, юзер, ни образования нормального, ни стремления сделать что-то полезное, днями и ночами пропадает в эйфоре[9]…
Воеводин кивнул.
– Так какое решение мы принимаем, Алексей?
– Да согласен я, – поморщился Медведь.
