Ника выглянула в окно и невольно застыла: все вокруг казалось зловеще-жизненным — тени деревьев, мерцающие озера на заднем фоне, даже вода в чашке напоминала потемневший череп. Волчий лог — это не просто место, где ты встречаешься с самим собой в темноте ночи. Это таинственный ужас, который окутывает тебя до самого дыхания....
Машина уже ждала у подъезда, а Гена укладывал в багажник последние коробки и шары.
— Станислав Андреевич, Чадов звонил, все уже подъехали, — доложил он.
— Рано они, до выписки еще больше часа."
"— Ну, лучше рано, чем поздно, — философски заметил Гена.
Его бессменный водитель вообще отличался философским взглядом на жизнь. Даже Канта на досуге почитывал.
— Ладно, поехали, — сказал Стас.
Они с Никиткой забрались на заднее сиденье, и белый лимузин тронулся с места. Стас оглядел салон. Просторно, повсюду светлая кожа, на окнах розовые шарики болтаются.
При мысли о новорожденной дочке в груди стало тепло. Инга говорит, что малышка похожа на него, но Стас ведь не слепой! Где он и где эта крошечная, бело-розовая девочка? Да у нее же даже мочки ушей Ингины! И носик, и губки, и светлый пушок на голове… Точная копия мамы.
— Долго еще ехать? — тихо спросил Ник.
Волнуется пацан. Готовится к встрече с сестрой.
— Скоро. Уже подъезжаем.
Он обнял сына и прижал к себе.
В клинике их уже ждали. В холле толпились старые друзья, волки из Лога, брат с женой. Ника и увидела их первой. Она широко улыбнулась и медленно поднялась с ярко-желтого дивана. Брагов тут же проследил за ее взглядом. Стас хмыкнул. На стреме брат, дрожит над своей беременной половиной.
— Наконец-то, — проворчал Егор. — Я уж думал, придется самому твоих красавиц забирать.
— Не торопись, братец, — усмехнулся он. — Вот как твоя красавица родит, так и заберешь. А со своими я уж как-нибудь сам.
Ответить Егор не успел.
— Станислав Андреевич, ваши девушки готовы, можете пройти в палату, — окликнула его улыбающаяся медсестра.
И он пошел. Да что там пошел, почти побежал. Распахнул дверь, влетел в палату, и замер, как дурак, уставившись на жену. Инга была… Черт, она была такой красивой! Поправляла какие-то крошечные бантики на розовом конверте и улыбалась так, что дух захватывало.
— Ну чего вы там на пороге встали? — не отрываясь от своего занятия, спросила жена. — Идите уже сюда.
А он не мог сдвинуться с места, внезапно осознав, как же ему повезло. Чертовски повезло! Пара, семья, дети… Счастливый он сукин сын!
— Ма, а почему она все время спит?
Никитка просочился в палату и остановился возле пеленального столика.
— И вчера, когда мы приходили, и сегодня.
В голосе Ника послышалась обида.
