В заснеженных равнинах лютит мороз, и вот там-то мир становится напряженно острый. Ловчие иноки с табуном ждут под унывным свинцовым небом, их дух пропитан потом от ночей в бане и насыщенных земляными кострах. В сумерках они покрываются навозом для полного стирания запаха человека, но всё не помогает: ужасный волк до смерти старается их выявить среди ночи, заставляя жеребят залегать в плотном кругу....
И там… уже откровенно обольщать. А нам с сестрой… В общем, стыдно. Мы же не артистки…
Ражный на минуту и о волке забыл.
— Зачем вдове это нужно?
— Чтоб ты Белую Диву не искал, — не сразу призналась она. — Лела уехала, а ты от тоски наконец бы заметил нас. Тётка Николая сказала, клин клином вышибают. Ты ведь о Белой Диве думаешь? Даже сейчас… Потому что она напустила на тебя чары. Был бы в образе волка, завыл бы. Да ты и воешь, только про себя. Вот мы вместо Лелы и должны снять с тебя очарование. То есть разочаровать.
Ражный помотал головой.
— Постой, Арина… Ничего не понимаю. Вдова сама сватала мне Лелу! Теперь своих племянниц? Несуразица…
— Я тоже многого не понимаю. Но всё, что делается в Дивьем, не случайно. Всё имеет смысл и цель. А вот какую, никто не знает. Тебя так испытывают. И нас тоже…
— Целую операцию придумала, интриганка! — со злым восхищением произнёс Ражный. — Целомудренных девчонок втянула. Родных племянниц! Ну и ведьма же эта ваша тётка!..
Арина как–то отстранилась, замолчала, но потом вновь вскинула глаза.
— Она ведьма. И нам не тётка вовсе… Мы так условились, будто племянницы.
— Всё равно!…"
"— И это даже не она придумала… Точнее, не сама. Как нам поехать в урочище, к родителям привезли немощного старца. Всё время думала, он из сказок… Ослаб, ты же знаешь его? С посошком…
— Знаю, — ушам не поверил Ражный. — И что дальше?
— Долго с родителями беседовал… Потом нас с сестрой позвали. Ослаб и впрямь древний, слабенький на вид и добрый. Но взгляд у него… Орлиный! Когда смотришь в глаза, кажется исполином!
— Я видел, — поторопил Вячеслав.
— Нет, не так, — в голосе Арины зазвенела медь. — Он сначала притчу рассказал. Как в старину ковали меч–кладенец. Закаливали в огне, в воде… Но самое главное, не в железе дело. Меч приручали к владельцу, к его ладони. Как ты волка приручил… Потому и называется кладенец. Меч знал только одну руку! И если попадал в чужие, становился бесполезным или даже опасным… Засадный полк — это меч–кладенец.
— А кроме сказок, что ещё рассказывал?
Арина словно и не услышала его.
— У всякого аракса самое уязвимое место — любовь к женщине, чувства. Поэтому раньше они принимали обет безбрачия. Завладеть волей даже самого сильного мужчины можно через женщину. Через природное начало… Ослаб не заставлял искушать. Сказал, с нами будет ещё третья девушка, Лела.
