В холод и металле, когда мне было двенадцать, и я стоял на пороге своей обычной жизни, отец решил уйти из нее. Волчья песнь шепчет в глубинах моего сердца, связывая мое сознание к далекой, чужой реальности. Книга Волчья песнь — это напряженное путешествие через страх и тайны, где мы видим мир не только с тех пор, как отец ушел, но и за пределами обычной жизни....
Ты мне веришь? Ты веришь, что я это сделаю?
— …да.
— Хорошо. Это действительно хорошо, Окс, наслаждайся своими последними часами. Ни единого слова. Я не трону этих людей. Если только ты не вынудишь меня. Твоя стая никогда не будет в безопасности, если ты так поступишь. Ты не сможешь вечно держать их взаперти в Грин-Крик, Окс. Однажды кто-нибудь ускользнет, и я буду ждать. Сделай это сейчас, и обещаю тебе, что они все будут в безопасности от меня.
— Когда.
— Когда я позову тебя. Я монстр, Окс, но не настолько ужасен.
— Где.
— Деревянный мост. Где я чую запах пролитой крови Омег. Моих, возможно. Или же они могли бы стать моими. Твоих рук дело, Окс? Ты защищал свою территорию, как хороший Альфа? Это зарыто в земле, но я практически чувствую вкус страха. Боль. Гнев. На вкус он такой же, как у Джо. Когда он был у меня. Я слизнул пот с его головы. Он никогда не рассказывал тебе об этом? Я не зашел дальше, но был на волосок от этого. Каждый раз, когда ломал его маленькие пальчики, мне хотелось заполнить его своим…
— Хватит.
"— Ооо… Я чувствую это. Ты и впрямь Альфа. Мурашки, Окс. Они бегают у меня по коже. Жаль, нет времени выяснить, как тебе это удалось. Как ты сам стал Альфой, увы. Не хотелось бы оттягивать неизбежное. Это испортило бы твой вкус. Потрать с умом время, которое тебе требуется. Я дам тебе знать, когда явиться ко мне. Запомни, Окс: ни слова, или я заставлю их всех страдать. До скорой встречи.
* * *
Глупо, да.
Но если существовал хоть малейший шанс, что Ричард говорил правду, что он не причинит им вреда, не причинит вреда Джо, я должен был им воспользоваться.
И я не мог позволить невинным людям умереть, если был в состоянии хоть что-нибудь сделать, чтобы предотвратить это. Томас научил меня, что любая жизнь ценна, что ответственность Альфы — заботиться о тех, кто находится на его территории, даже если им неведомо, что такое Альфа.
Грин-Крик был моим.
Люди, живущие здесь, были моими.
Я уже подвел мистера Фордхэма.
И не мог допустить, чтобы подобное случилось еще с кем-то.
Я дождался, пока съеду с грунтовой дороги — шины грузовика поднимали клубы пыли, прежде чем скатиться на асфальт, — и только после этого начал отключать связи между собой и стаей одну за другой.
Мы иногда к этому прибегали, когда искали уединения. В моменты интимности. Когда возникало желание побыть наедине. Когда не хотелось, чтобы переполняло непрерывное чувство «стая-стая-стая».
