В холод и металле, когда мне было двенадцать, и я стоял на пороге своей обычной жизни, отец решил уйти из нее. Волчья песнь шепчет в глубинах моего сердца, связывая мое сознание к далекой, чужой реальности. Книга Волчья песнь — это напряженное путешествие через страх и тайны, где мы видим мир не только с тех пор, как отец ушел, но и за пределами обычной жизни....
Не останавливайтесь, пока не окажетесь в автомастерской и не закроете за собой двери.
Я надеялся, что защиты окажется достаточно. Должно было быть достаточно. Других вариантов все равно не существовало.
Джудит подняла Уильяма, который прильнул к ней, обняв за шею. Я сунул ей ключи в руки, как раз когда Омеги начали рычать. Она повернулась ко мне.
— Спасибо, спасибо, мы… берегись!
Меня сбило с ног и пригвоздило к земле чем-то тяжелым, я вскрикнул, когда боль от вонзившихся когтей пронзила спину. В рот набилась грязь, а возле уха зарычал волк, навалившийся на меня сверху.
Внезапно волк взвизгнул от боли и тяжесть исчезла.
Меня подняли, подхватив за обе руки. Слева от меня была женщина (Меган?), а справа — мужчина (Джеральд, по-моему, его звали Джеральд). Другой мужчина стоял передо мной, тяжело дыша, с моей монтировкой в руках. Его звали Адам, он работал в хозяйственном магазине, добрый парень с ужасными шрамами от прыщей.
— Срань господня, — вымолвил он.
Я, споткнувшись, подался вперед, выхватывая у него монтировку.
— Спасибо.
Он кивнул мне, широко раскрыв глаза.
— Окс! — крикнул Гордо. — Заставь их пошевеливаться. Немедленно. Осмонду удалось уйти, и я не знаю, где он.
Я сплюнул на дорогу смесью крови и грязи.
— Идите, — рявкнул я им. — Убирайтесь отсюда. Быстрее!
Они не стали дожидаться, пока я повторю еще раз. Подталкивая друг друга, бросились к пикапу, как раз когда позади меня раздалось очередное низкое рычание.
Я обернулся.
Ричард Коллинз теперь был настоящим волком, вся морда в крови, нос разбит.
— Омега, — вырвалось у меня. Хотя подобное не удивляло. Он слишком глубоко ушел в своего волка, чтобы быть кем-то другим.
Ричард зарычал на меня.
Я на шаг отступил, крепче сжимая монтировку.
Он весь сжался, готовясь к прыжку.
И в этот момент над нами прокатилась волчья песнь, отдаваясь эхом так громко, как никогда прежде.
И то была песнь Альфы.
— Нет, — прошептал я.
Он нашел нас. Уже.
Я не мог этого допустить. Джо не должен был находиться здесь. Особенно, когда существовала вероятность, что он пострадает из-за Ричарда. Что Ричард заберет его у стаи. Стае нужен был Альфа, чтобы выжить, чтобы они не стали Омегами. Томас был нашим Альфой. Потом им стал Джо после смерти Томаса. Потом я, по необходимости.
Но Джо вернулся.
