В темном переулке, где улицы скрываются в тени ночи, я чувствую себя лишним звеном. Вокруг мелодично щебечут воробьи, и лишь дрожь прохлады в подcroftах дают знать о том, что еще не все спят. Словно сам тихий город погружается в сон, я остываю к порогу своего будущего открытия....
Сознание потеряла. А как я сюда попала?
- Парень принёс, назвал твоё имя, денег сунул и быстро убежал. Больной какой-то, орал на разные голоса, рычал, - медсестра вложила мне в руку пачку денег, - врач велела тебе отдать. У нас с этим строго, лечим бесплатно.
Она помогла мне натянуть дублёнку и за руку выпроводила из маленького кабинета. А в коридоре травмпункта яблоку было негде упасть. Стоял один сплошной гул с плачем и воплем, не протолкнутся. Очередная «весёлая» ночка. Всё, больше я не пью.
Деньги Данила я тратить не собиралась.
Слишком много непонятного и страшного, связанного с ним. Слишком яркие и горячие воспоминания о своей беспомощности, безвольности. И плотской жажде, так для меня несвойственной. Пугающей. Может, я тоже, как жители этого несчастного района, сошла с ума ночью? Нет, то, что я не в себе была, это точно. Но вот понять бы, имеет это отношение к произошедшему с другими людьми сегодня, или это, так сказать, только моя опция?
Я пошла в клуб, там с непривычки напилась, познакомилась с парнем, поехала с ним к нему в гости, всю ночь занималась разнузданным сексом.
Неопознанное, чуждое, не характерное для меня животное поведение. Очень захотелось плакать от стыда. Мало того, что маньяк в автобусе руками поимел, ещё и сама позволила себе так раскрепоститься, что удушливое чувство смущения вкупе с угрызениями совести, запрещали прохожим в лица смотреть.
В нашем доме было тихо, словно все умерли. В подъезде никого. Вошла в квартиру мне сразу навстречу выкатила Лаура в инвалидной коляске, моя старшая сестра."
"По имени уже понятно, что мама меня пожалела вообще-то. В самом деле, могла бы я Марисабелью бегать. Но, в отличии от меня, Лаура своё имя любила и даже гордилась им. Черноволосая, черноглазая, очень красивая.
