Из подземелья тюремного мира он попадает обратно в мир свободы, но лишь на время. Вольностью кажется не избежать суеты и пороков, особенно когда каждый шаг может быть мановением к новой неправедности. Страх и притяжение силы ожидаемы, но он решает вернуться к себе, кто был прежде – интуиция, совесть и самопознание – чтобы найти новый путь в жизни....
Отнюдь не худышка, но и толстой ее не назовешь. Фигуристая, сбитая, упругая. Смазливое полнощекое личико, большие, как у куклы, глаза, пухленькие губки, гладкая кожа нежного прозрачного цвета с розовым оттенком. Кровь с молоком, одним словом. И взгляд млеющий, зовущий...
Дима знал толк в женщинах и видел, что Валюша заигрывает с ним не только по велению извне. Сама хочет побыть с ним наедине, но и Мотыхин от нее того же требует – можно в том не сомневаться. Мотыхин – хитрый жук, может, и не мастер, но большой любитель интриг и провокаций.
В доме у него была своя комната на одном этаже с апартаментами, которые занимала Аврора. Отсюда он следил, кто заходит к ней, кто выходит, – в общем, контролировал ситуацию. А Валюша пыталась контролировать его самого. То в комнате убираться ей вдруг приспичит, то поговорить о том, о сем.
Но что поделаешь, если не в силах она его соблазнить? Знает он, на кого она работает. Да и не испытывает он особого к ней влечения. Поначалу что-то было, даже бурные фантазии горячили кровь с ее приходом. А потом как-то все сошло на нет.
И если бы только с Валюшей. В последнее время его и на Аврору перестало тянуть. А вчера даже сбой в системе приключился, не смог он овладеть ею темной ночкой... Может, сегодня и ходить к ней не стоит? Скажет, что расстройство случилось. Ведь у мужчин это иногда случается – в газетах пишут. И если не зацикливаться на проблеме, то само все пройдет... Так он и объяснит Авроре завтра: не надо, дескать, делать из мухи слона.
– Я пойду? – воркующе сказала Валюша, глядя, как он ставит пустой стакан на поднос.
– Да, конечно...
