Из подземелья тюремного мира он попадает обратно в мир свободы, но лишь на время. Вольностью кажется не избежать суеты и пороков, особенно когда каждый шаг может быть мановением к новой неправедности. Страх и притяжение силы ожидаемы, но он решает вернуться к себе, кто был прежде – интуиция, совесть и самопознание – чтобы найти новый путь в жизни....
И первым же делом сунул руку под одеяло. Все на месте.
– Упс!
Как хорошо, что это был всего лишь сон.
За окнами уже светло, стрелки часов показывают шесть утра. Аврора, наверное, еще спит... Надо бы глянуть, не случилось ли что с ней, пока он бессовестно дрых...
Но Аврора опередила его. Только он поднялся с постели, как открылась дверь, и в комнате появилась она, с распущенными волосами и в той же ночной рубашке, в которой она гонялась за ним во сне.
– Ну и как ты все это объяснишь? – осуждающе спросила она.
– Что объяснить?
– Не придуривайся. Почему ночью меня не охранял? Что, снова ствол на ружье согнулся?
– Разряжено ружье, – расстроенно кивнул он. – Не распрямляется ствол... К врачу надо.
– Быстро же ты от меня устал, – присаживаясь на краешек кровати, с горечью сказала она.
– Не устал. Это нервное. Ты вот на меня давишь, я нервничаю...
– Я на тебя не давлю. Просто спросила...
– Сейчас просто спросила. А ночью за мной гонялась, по полю...
– Ночью?! По полю?! – озадаченно уставилась на него Аврора.
– Ну да, во сне... А потом Ролан появился. За грудки меня схватил... Слово, говорит, я ему давал. Ну, что не буду с тобой... А ведь не давал я ему слова. Насчет Венеры давал, а насчет тебя не было ничего. А все равно ответ спрашивал... Если б ты знала, что дальше было...
– Что?
– Ты сказала, что с ним хочешь, а меня отпустить попросила. Ты с ним осталась, а меня он далеко в поле зашвырнул. Если б только это... Без хозяйства я остался. И мне совсем страшно не было, вот что пугает.
– Без какого хозяйства? – не поняла Аврора.
– Без сельского... – съязвил он.
– И что за слово ты ему давал?
– Так не давал же, говорю. То есть насчет Венеры давал, а насчет тебя – нет. А он спрашивал с меня за то, что мы с тобой... Не нравится ему это...
– Это хорошо, что не нравится... – ублаготворенно улыбнулась Аврора. – А то, что слово ему насчет меня не давал... А может, давал?
Дима пожал плечами. Если она хочет думать, что давал, пусть думает.
– Не должны мы с тобой были.
Она не договорила: Дима ее перебил. Он вдруг вспомнил важную деталь.
– Стоп! Женщину я видел. Волосы у нее соломенные... Прикалывалась еще. Дескать, они без этого живут... Сказал бы я ей пару ласковых слов. Но она исчезла... И тогда исчезла, в смысле ушла...
– Что за женщина? Куда ушла?
– Ну, та женщина, с которой мы Ролана видели...
– Она что, приснилась тебе?
– Ага. Ты с Роланом осталась, а она сама по себе... Вспомнил, где я раньше ее видел.
