Во время Гражданской войны и Первой мировой войны английская разведка и белоэмигранты начали операцию «Волос ангела» по похищению национальных сокровищ из России. История разворачивается на фоне хаоса, где власть боролась за господство, а интриги вели к скрытым договорам.
Гирин достал из кармана наган, пощелкал курком, провернул барабан, дурачась, приставил дуло к своему виску, имитировав губами звук выстрела. Березин с осуждением покосился на него, но ничего не сказал.
Внезапно стук движка внизу, ставший уже таким привычным, оборвался, и сразу стало непривычно тихо, громче заплескалась вода за бортом, сильнее захлопало полотнище паруса. Качнуло — дубок ложился на другой курс.
Натыкаясь в тесноте каюты друг на друга, Березин и Гирин слезли с лавок и устремились к выходу. Грек, вцепившись в штурвал, что-то заорал — зло, коротко. Его помощник, оттолкнув офицеров, шустро юркнул в оставшуюся открытой дверь каюты и быстро задул керосиновую лампу, висевшую на железном крюке, ввинченном в дощатую стенку.
Грек снова заорал, тыча рукой в сторону моря. Березин сумел понять только одно слово: «Смотри!»
До рези в глазах они с Гириным начали вглядываться в густую темень — вот вроде мелькнул огонек, мелькнул и пропал. Или это почудилось? Но вот опять, похоже, зеленый и красный?
«Русы!» — пробегая мимо них на свое место, крикнул матрос.
Гирин похолодел — неужели это пограничный катер красных? Вот почему грек заглушил мотор: боится выдать себя звуком работающего двигателя, а под парусом он надеется тенью проскользнуть мимо. Но если их уже заметили? Смогут ли они уйти на этом суденышке от пограничного катера, невесть как тут очутившегося, — ведь говорили же, что хитрый грек знает все пути-дороги на море и еще ни разу не попался? Неужто ему суждено попасться именно сегодня, когда они на борту, когда он, этот грек, идет не с контрабандой, а везет их?
Стоявший рядом Березин молча вглядывался в темноту. Он напряженно думал о том, что пограничникам красных тоже ничего не стоит погасить корабельные огни, или как там они называются у моряков — ходовые или еще как, и в темноте подкрасться к утлому дубку на малых оборотах мотора. Поди разбери в море, с какой стороны доносятся звуки, вся надежда только на грека, на его опыт, на то, что этот контрабандист опять вывернется.
Боже, сделай так, чтобы он ошибся, чтобы это был не красный пограничный катер, а какой-то другой корабль. И где они вообще находятся — в территориальных водах новой России или в нейтральных, в открытом море? На часы не посмотреть — кругом темень, а зажечь свет означает выдать себя.
Помощник грека метался по палубе, натягивая какие-то веревки, поворачивая парус.
