Во время Гражданской войны и Первой мировой войны английская разведка и белоэмигранты начали операцию «Волос ангела» по похищению национальных сокровищ из России. История разворачивается на фоне хаоса, где власть боролась за господство, а интриги вели к скрытым договорам.
Эта страница Chitat.online посвящена книге ««Волос ангела»»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Во время Гражданской войны и Первой мировой войны английская разведка и белоэмигранты начали операцию «Волос ангела» по похищению национальных сокровищ из России. История разворачивается на фоне хаоса, где власть боролась за господство, а интриги вели к скрытым договорам.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Во время Гражданской войны и Первой мировой войны английская разведка и белоэмигранты начали операцию «Волос ангела» по похищению национальных сокровищ из России. История разворачивается на фоне хаоса, где власть боролась за господство, а интриги вели к скрытым договорам.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сам грек-контрабандист, стоя у штурвала, подавал своему матросу гортанные команды на непонятном языке — не на греческом, скорее на турецком.
Неожиданно их всех ослепил яркий свет — пограничники подошли уже довольно близко и, безошибочно определив местонахождение судна-нарушителя, осветили его прожектором.
В первый момент все застыли от испуга. Грек круто заложил руль, и дубок, вильнув, попытался уйти из круга света. Но прожекторист знал свое дело — слепящий свет словно приклеился к суденышку контрабандиста.
Рядом с Березиным грохнули выстрелы — Гирин, держа наган, обеими руками посылал пулю за пулей в прожектор. Лицо его перекосилось от злобы, зубы были оскалены.
Подскочил матрос и ударом выбил из рук Гирина револьвер. Поручик со стоном согнулся, держась за ушибленное запястье, но тут же, распрямляясь, врезал головой в заросший сивой щетиной подбородок помощника грека. Тот успел смягчить удар, подставив руки, и они, вцепившись друг в друга, покатились по узкой палубе. Ослеплял свет, сипели от натуги душившие друг друга заросший щетиной матрос и Гирин, что-то кричал от руля грек.
Березин растерялся и никак не мог решить, что ему надо делать: помочь Гирину или, подобрав револьвер, снова стрелять по прожектору? От нервного перенапряжения и неожиданности он совсем забыл, что и у него в кармане есть наган.
В ответ на выстрелы с катера полоснули из пулемета — пули защелкали по воде, выщербили щепки из борта, гулко простучали по дощатой надстройке каюты, звонко шлепнули по намокшему, поникшему полотнищу паруса. Березин ничком упал на палубу, как привык это делать на земле под обстрелом противника. В стороне, сипя и матерясь, продолжали душить друг друга матрос и Гирин.
Грек, бросив руль, подскочил к ним, взмахнул рукой и резко ударил поручика Гирина в спину. Тот странно изогнулся и, дернувшись, отвалился в сторону.
«Это он его ножом… тем, что резал хлеб в каюте», — понял Березин, поймав себя на том, что руки, вроде как независимо от его воли, вытаскивают из кармана наган.
Пограничный катер подходил все ближе. Оттуда дали еще одну очередь из пулемета — она прошла мористее дубка, показывая его команде и пассажирам, что путь отступления отрезан и находится под огнем пулеметов пограничников.
Грек-контрабандист с наганом Гирина в руке повернулся к Березину:
— Прыгай! — он взмахом руки показал за борт, на темную, как тяжелый асфальт, волнующуюся воду. — Прыгай, берег там.
