В Волшебнице для короля два сердца встречаются в противостоянии магии и страсти. Эта романтическая история развивается вокруг юной сирены, чьи таланты заставляют мужчин восхищаться. Атмосфера книги — это смесь невероятных событий и дрожащей от нетерпения натяжки до краев....
Когда Сторан понял, против чего воюет, было уже поздно: говорят, осьминог ушел на такую глубину, что дозваться его не могли даже жрецы из местных. Осьминог исчез, а вместе с ним исчезла почти вся магия, со временем люди утратили и способности к волшебству: учиться этому просто не было смысла. На том месте, где была пещера Октопа, воздвигли замок, а гербом нового королевства стал грифон — в пику тому, что раньше эти земли символизировал осьминог. На остатках магии волшебники, которые не растеряли навыков, выковали монеты, одна из которых, леди Мария, сейчас у вас в кармане.
На некоторое время в библиотеке повисла тишина.
— Но ведь это еще не все, — с намеком произнес Этен.
— Мальчик мой, дальше идут совсем уж сказки, — понтиф недовольно поморщился, но все-таки обернулся ко мне, чтобы продолжить рассказ. — Среди местных ходит легенда, что Октоп перед тем, как уйти, послал видение старухе, одной из тех, что местные называли «видерия», видящая, в котором предсказал будущее. Октоп вернется в эти земли, а вместе с ним вернется и магия, когда построенная на этом месте страна будет сильнее всего нуждаться в нем.
— Понтиф Серго, вы не все рассказали.
— Этен, побойся бога! Я хоть и сельский понтиф, но себя уважаю, и всякие бредни пересказывать не намерен.
— Еще одна часть легенды гласит, — сказал Этен, глядя мне в глаза. — Что о возвращении Октопа возвестит гостья из-за занавесы.Минутка рекламы:) Дорогие читатели, если вы любите законченные книги и суровых, но влюбленных драконов, то приглашаю вас в мою историю ""Сын (не) для дракона"".
Глава 11
— Из-за занавесы? — севшим голосом спросила я. — Что это значит?
— Неизвестно, — фыркнул Серго.
— Это ничего не доказывает, — посмотрела я на Этена. От облегчения хотелось рассмеяться.
Я не смогла бы даже объяснить сейчас, чего там себе напридумывала, чего ожидала от этого разговора. По спине от мрачной сказки, рассказанной понтифом, бегали мурашки, но это не стоило принимать всерьез.
