Автор
Дэмиен вынужден вступить в союз с принцем Лореном, чтобы вернуть трон, сражаясь бок о бок. Раскрытие личности Дэмиена вызывает напряжение и смертельную игру между принцами и армиями Акиэлоса. Между ними возникает хрупкое доверие перед лицом войны и интриг.
— Я знаю, — сказал Дэмиен, — что уже причинил тебе боль.
Неподвижность Лорена была напряженной, дыхание — настороженным. Он не повернул голову, чтобы посмотреть на Дэмиена.
— Я причинил тебе боль, Лорен.
— Хватит, перестань, — сказал Лорен.
— Это было неправильно. Ты был только мальчиком. Ты не заслужил того, что случилось с тобой.
— Так тяжело это слышать?
Он подумал об Огюсте, подумал о том, что ни один мальчик не заслуживает потерять своего брата. В комнате стояла абсолютная тишина. Лорен не смотрел на него. Дэмиен аккуратно отклонился назад, опираясь руками на кровать, и расслабился. Он не понимал те силы, которые бились в Лорене, но какое-то чутье заставило его сказать это.
— Мой первый раз был сумбурным. Я был нетерпелив и понятия не имел, что делать. У нас не как в Виире, мы не смотрим, как люди делают это на публике. — Он добавил: — Я до сих пор бываю слишком захвачен в конце. Знаю, что забываюсь.
Тишина. Она продолжалась очень долго. Он не нарушал ее, наблюдая за напряженными очертаниями тела Лорена.
— Когда ты поцеловал меня, — сказал Лорен, с усилием произнося слова, — мне понравилось. Когда ты использовал рот, это был первый раз, когда я… делал это. — Он продолжил: — Мне понравилось, когда ты…
Дыхание Лорена стало неглубоким, когда Дэмиен поднялся.
Он целовал Лорена как раб, но никогда как тот, кем он был на самом деле. Они оба чувствовали эту разницу, и предвкушение поцелуя было настолько живым между ними, словно он уже происходил.
Расстояние между ними казалось одновременно ничтожным и бесконечным. Реакция Лорена на поцелуи всегда была сложной: напряжение, уязвимость, желание. Напряжение преобладало над всем, как будто это простое действие было для него слишком, было чрезмерным. И все же он попросил об этом. Поцелуй меня.
Дэмиен протянул руку и скользнул пальцами в короткие мягкие волосы на затылке Лорена. Они никогда не были так близко — не с правдой о том, кто он, раскрытой между ними.
Он почувствовал, как в Лорене растет напряжение, близясь к своей высшей точке.
— Я не твой раб, — сказал Дэмиен. — Я мужчина.
«Не думай», сказал он, потому что это было легче, чем сказать: «Прими меня тем, кто я есть».
Внезапно, он понял, что больше не может этого выдержать. Он хотел этого без притворства, без оправданий, его пальцы сильнее зарылись в волосы Лорена.
— Это я, — сказал Дэмиен. — Я здесь с тобой. Назови мое имя.
