Духовный существ, приобретший физическую форму после долгих веков созерцания и чародейства, возвращается в мир живых. В Дхунде, своей древней родине, он воплощается в плоть и кровь, открывая невиданный для лессеров потенциал добра и зла. Этот новый омега несет с собой шокирующий артефакт, который мог бы изменить ход истории, но опасность этого заклинания не менее велика....
Он думал, что действовал не так топорно, а если заметил Шули — зацикленный на себе любимом — кто еще понял, что он не отходит от этого дома?
Вырываясь из ступора, Нэйт ответил:
— О чем ты? Я был здесь всего дважды с тех пор, как мы закончили гараж. Включая сегодня.
— Два раза из двух возможных.
Нэйт выдернул руку.
— Мне просто нужно вернуть толстовку.
— Да ладно? Точно такую же, что сейчас на тебе? Которая стоит максимум двадцать баксов? Слушай, мне плевать, что ты претворяешься перед всеми остальными, но со мной-то ты можешь быть честным.
— ПрИтворяешься, — пробормотал Нэйт, выходя из машины.
Охваченный внезапной нервозностью, Нэйт захлопнул пассажирскую дверь, мгновенно забыв о Шули и его похождениях по всем клубам Колдвелла. Направляясь к парадной двери, он одернул свою вымазанную краской толстовку, топнул ботинками, чтобы сбить с них грязь… и поправил бы свои темные волосы, если бы Шули не пыхтел ему в спину.
Дверь открыли прежде, чем он успел постучать.
— Вы вовремя, рассвет уже близко.
Женщина полностью соответствовала своей работе — заботливая, добрая, с мягким голосом. Блин… как ее звали? Ему говорили уже пару раз, но он вечно забывал. Но он помнил ее синие джинсы. «Вранглер». Он не знал этот бренд… впрочем, он в принципе не разбирался в одежде.
— Огромное спасибо… — Он улыбнулся ей, заходя в дом… надеясь, что она не поймала его на склерозе. — О, вау, пахнет печеньем с шоколадной крошкой.
— Только из духовки, — сказала она. — Готовим каждую ночь, как по часам.
Войдя в гостиную, Нэйт услышал шаги на втором этаже. Тяжелые. Мужские.
— Кто-то заехал? — Хмуро посмотрев на потолок, он напомнил себе, что это — не его дом… а потом поправил подушку на диване, стараясь вести себя непринужденно. — Кажется, у вас новый житель?
— Да, есть новичок. — Соцработница направилась в серо-белую кухню и остановилась возле обеденного стола. — Вот.
Его толстовка никогда не получала такого ухода.
— Спасибо. — Он посмотрел на плиту, где на подносах остывали ряды с печеньем. — Выглядит аппетитно.
— Угощайтесь. — Женщина подошла к шкафчику и достала тарелку. — Я всегда готовлю целую партию, хотя в доме нас всего трое. Привычки, понимаете. Еще с Безопасного места. Молока?
— С удовольствием. И Шули тоже.
— Присаживайтесь, ребята, я вам накрою.
