Автор
Антон — он был чмом, настоящим и мудрены чмищем, даже когда учился в школе. Теперь, спустя годы, он восстанавливает свою изначальную атмосферу: длинные немытые волосы не перестают его беспокоить, черные штаны все еще невыносимо прелы, и сидеть на задней парте остается самым естественным выбором. В этом мире Антона есть место, но он уже знает: возвращение к этому состоянию обречено на неудачу....
Поэтому торопливо оттолкнула его руки и сама начала расстёгивать. От волнения пальцы тряслись, и я не могла справиться с проклятыми пуговками. Да кто их пришивал?
Возилась с блузкой, а сама не забывала ворчать, скорее для вида, чем на самом деле:
— Все так внезапно!
— В стрессовой ситуации в организме включается режим экстренного размножения, — глубокомысленно изрек Антон и, подхватив на руки, будто пещерный человек потащил меня в спальню, — против природы не попрешь.
Я и не собиралась никуда переть! Я горела от нетерпения и предвкушения! В крови такой вулкан страстей горел, что дыхания перехватывало и томные спазмы внизу живота становились почти невыносимыми.
Он поставил меня на пол рядом с кроватью, и принялся с нетерпением маньяка извлекать из остатков одежды, а я всеми силами помогала ему, хотя, по сути, больше мешала. Стащила с него через голову джемпер, тут же шелудивыми ручонками к крепкой груди приникла, едва не заурчав от удовольствия. После памятного посещения аквапарка его телеса каждую ночь во снах являлись, доводя до исступления.
Наконец вся моя одежда оказалась на полу.
Ура! Лифчик в цвет трусам все-таки пригодился! Не зря сегодня так тщательно собиралась, ох, не зря! Как чувствовала, что наконец дойдем до горяченького. Впрочем, и белье скоро оказалось отброшено за ненадобностью, а мы, как два голодных волка набросились друг на друга.
Он повалил меня на кровать, тут же набрасываясь сверху, а я подставляла губы для поцелуя, а сама пыталась справиться с застежкой на поясе. Проклятье, это посложнее чем мои пуговки будет. Северный откатился в сторону и сам, ругаясь на чем свет стоит, начал торопливо избавляться от джинсов, а я смотрела на него и чувствовала, что еще немного, еще чуть-чуть и просто сгорю дотла от того огня, что полыхал в крови.
Антон отшвырнул свои портки в сторону и вернулся ко мне.
— Давай живее! — сцепилась в его плечи, к себе сильнее притягивая. От нетерпения уже просто трясло. И меня, и его."
"А дальше поцелуи, прикосновения, рваные движения, дыхание одно на двоих и протяжные стоны. Вся моя Вселенная сжалась до размера одной комнаты, до человека, который сжимал меня в объятиях. Я просто растворилась в нем, отдалась на волю желаний и молила только об одном, чтобы он не останавливался.
***
Потом мы просто лежали на кровати.
