— Однокрылая Феникс воскресла! Серана с облегчением выкрикнула, её полумолчаливая улыбка расцвела на гладкой поверхности брони. В свете разрушенных бастионов горели золотистые волосы, и в голубых глазах слезинки отражались огненные тени.
Чуть дальше от рояля ползает Оксана Тимуровна, истошно визжа. На учительнице нет крови, она не ранена, просто подвернула ногу. Еще дальше лежит тренер. Он стонет, видимо, принял удар когтей Гончей, но доспех уберег.
Тварь шоркает саблевидными когтями по крышке рояля под собой. Все четыре лапы ломают инструмент. Глубокие борозды уродуют гладкое черное покрытие. Гончая явно сбирается прыгнуть на тренера и добить его.
— Пошла вон! — кричу, подбегая ближе.
Тварь отвлекается на меня. Из волчьей пасти брызжут слюни, красные бусинки глаз загораются яростью.
Монстр прыгает!
Взмахиваю рукой. Припасенная в рукаве бумажка вспыхивает стаей Рарогов. Огненный вихрь врезается в широкую грудь твари, ее отбрасывает обратно. Истошно воют клавиши рояля, о которые ударяется морда Гончей. Иномирянин тут же вскакивает. Дымятся опаленная шерсть и мясо. Передо мной теперь недожаренная монстрятина. Но она не убита, наоборот, живым шашлыком шагает на меня. Толстая шкура слабо тлеет, защищая, как огнеупорный доспех.
Болотопса за хвост! Я уже собираюсь броситься в безумную рукопашку против волка-переростка, когда в голове всплывает недавний образ.
Огненные вьющиеся змеиные кольца. Горящая пасть. Древний миф. Воплощение страха сварожичей. Не выплеснутая сила рун просится наружу. Да, я разрешаю, оживай."
"Всполохи пламени окутывают мои руки. Огонь вспыхивает еще ярче, из сияния формируется красно-желтый клубок Змея. Живой огненный миф оплетает предплечья.
— Арсений! — вскрикивает Оксана Тимуровна, в ее округлившихся глаза отражается пламя Змея.
Я развожу ладони в стороны, по моей воле змеиные кольца наматываются на правый кулак, словно байкерская цепь.
— Нет, Оксана, я сияю, — зло усмехаюсь.
Жар не отпугивает Гончую, воющая тварь кидается навстречу. Безумная тупая псина. Пора тебя поджарить.
Я оскаливаюсь. Тело само принимает боксерскую стойку. Молниеносный отскок назад отдаляет от взмаха острых когтей. Подшаг в сторону, уклон от бешеного взмаха.
Пора, Феникс, пора расправить крылья.
Замахнувшись, я заношу кулак для огненного хука.
Глава 27 — Сжигать!
— АР-РА-РРР… — взвывает Гончая.
— Сеня! Сеня, уходи! Спасайся! — кричит Оксана Тимуровна.
— Чертов Беркутов, беги от нее! Помрешь же! — тренер тоже волнуется.
Шшшш…
В голове смешиваются четыре голоса. Рев твари, визг Оксаны, ор стонущего Борзова и шипение Змея, обмотавшего кулак. Фалгор, соберись! Прочь лишние шумы.
